Зов разлома

«Интересно, у самого дядюшки деньги-то есть? Моих не хватит и на половину этой рыбины. И как мы её потащим?»

Хельга представила князя с осетром, висящим на спине. Осётр делал хитрое лицо и пускал слюни дядюшке на штаны.

Девочка хихикнула.

Наконец сойдясь в цене, князь вытащил деньги, расплатился за рыбу, а потом, открыв маленький портал, кинул туда покупку, словно это был сушёный карасик. Рыбаки прониклись к князю уважением, тот довольно усмехнулся.

— Ну что, малая, мы всё купили? — И, получив утвердительный ответ, продолжил.

— Пойдём, я тебе подарок куплю. А то ты у нас девка красивая, а одета в такое, что впору милостыню давать.

— Я… красивая? — Хельга с удивлением взглянула на князя. — Деда меня куклой зовёт. Видала я у Забавы тех кукол, страшнее них только лихо одноглазое.

— Ты что, игрушек никогда не видела? — изумился князь.

— Нет, — созналась Хельга. — Я даже и не знала, что они бывают. Дядюшка Злат, а что такое волчок?

У Кожемякина брови на лоб полезли.

«Как можно дожить до шести лет и не иметь игрушек? Вот у меня их был целый сундук.

Правда, не все были моими: обычно их количество пополнялось за счёт игрушек Гостомысла и Светлояра. Но ровно до тех пор, пока Тёмный не зарядил мне в лоб заклинание из-за соломенной лошадки, тем самым отстояв игрушку. Кажется, нам тогда по восемь лет было. Так что можно смело сказать, что маленький Злат Кожемякин внёс посильный вклад в становление великого тёмного мага Гостомысла. А как Белозёров свои порталы научился открывать? Это произошло, когда мы втроём от разъярённых девок убегали (мы подсматривали за ними на реке, а они застукали нас). Эх, было же время».

— А ну-ка, пошли к игрушкам, — распорядился он, — сейчас тебя дядюшка жизни научит.

[1] Пядь — мера длины; 1 пядь около 18 см.

[2] Ушку́йники — славянские речные пираты.

[3] Мара — богиня смерти из славянского пантеона.

Глава 22

Дисклеймер:

Произведение не носит исторический или документальный характер. Все события и герои вымышлены. Славянская культура и обычаи выступают лишь прообразом, от которого отталкиваются, однако произведение не претендует на историческую достоверность.

----------------------------------------------------

Рорик смотрел с городской стены на плац, где тренировались его сыновья. Все пятеро. Старший, Первослав, направлял младших, стараясь помочь каждому. Рорик улыбнулся.

«Со временем старший станет достойной сменой мне. И братья будут ему опорой, а не вечной головной болью, как, например, мой младший брат Звяга.