Само совершенство

Пришлось подпоить ночного сторожа, потом ждать, пока он уснет от избытка спиртного в организме, и пробираться по темным пыльным закоулкам до заветной кладовки.

Дверь, правда, сработала безупречно – провела нас домой, в объятия заскучавшего дядюшки.

Он отчего-то заинтересовался персоной Айки, заставил меня подробно описать ее и пересказать историю дочери вождя. Слушал очень внимательно, а потом задумчиво произнес:

-Дельная женщина, хороший совет дала тебе, голубка. Я бы и сам с ней познакомился, да стар уже путешествовать невесть где.

-Совет хорош, - фыркнула я, - только не по адресу. Я не собираюсь желать того, за что придется платить слишком дорого. Да и не смогу.

-Не зарекайся, Полинька. Ты молода, почем ты знаешь, к чему потянешься? И чем готова будешь пожертвовать ради своих желаний?

Я только вздохнула. Прежняя Полина внутри меня все еще опасалась тянуться к чему бы то ни было безгранично, всем своим существом. Существо было трусовато, и не хотело страдать. Оно хотело просто жить там, где оказалось, путешествовать во времени, раз уж больше некому, и принимать ухаживания некоего кавалера.

Пока просто принимать ухаживания.

Но рыжая нахалка Аполлинария была уверена, что жить именно так – смертная скука, не достойная прелестницы, вроде нее. Она ясно видела, что посещение разных эпох – отличный повод пробовать свои силы в магии и применять обстоятельства себе на пользу. Мутная история с Викентием и его куклами, живыми и механическими, вызывала у нее не опаску, а здоровый азарт.

И она готова была идти навстречу кавалеру Арбенину с его чувствами, какими бы они ни были.

Это раздвоение личности временами сильно меня раздражало. Хотя (ладно уж, будем честны!) чаще все-таки развлекало и заставляло действовать.

Сейчас оно заставило меня отправить мальчишку на Васильевский с очередной запиской. Я вернулась, и была готова исполнить обещанное.

Тем более, что славный мой город расщедрился ради нашего первого с Арбениным свидания на удивительно теплый и приятный денек.

Солнце мягко скользило по золотой листве, делая ее похожей на медовые леденцы, слабый ветерок вился вокруг, нашептывая всем, кто желал слушать, осенние сказки, и казалось, что зима не придет вообще никогда.

Бог знает, почему, но с утра я чувствовала себя особенно счастливой – никакие дурные вести не смогли бы испортить моего чудесного настроения. Дядюшка наблюдал за мной с хитрой улыбкой, но никаких комментариев не отпускал.