Ландскнехты

- Сплошная грязь вокруг, - сердито рявкнул Гавел. – Вроде и не выезжали из вашей долбанной Франции!

- А с какого перепугу Франция вдруг оказалась моей? - Швальбе так удивился неожиданному поклепу, что даже поводья выпустил. – Я лягушек не ем! И в Париже был всего раз.

- А я вообще не был ни разу, - вздохнул Отакар. - А надо бы. Парижанки, говорят, симпатичные...

- Бессовестно врут, - безапелляционно отрезал Гюнтер. - Разве что понаехавшие немки. Но за ними в Париж ехать не надо. И вообще, господин гренадер, ты чего такой злой сегодня?

- Уговорил, – буркнул Отакар, пытаясь поплотнее укутаться в промокший до нитки плащ.

- Не поеду, леший их задери!

Лошадь неудачно плюхнула копытом в глубокую лужу, и в лицо бравого сержанта полетело преизрядно брызг. Конь Гавела аж присел, когда над головой прогрохотало длинное «заклинание», поминающее родословную коня, дороги, «Ля Белль Франсе» и прочих негодяев, только тем и живущих, как только единой мыслью об окончательном превращении жизни бедного сержанта в то, что происходит с едой, если ее съесть…

Швальбе с интересом выслушал тираду и беззлобно спросил:

- Выговорился? А теперь смотрим чуть правее перекрестка и сворачиваем до той часовенки.

Дело к вечеру, скоро закат. Переночуем под крышей, подсушим одежку и, наконец, пожрем по-человечески. А завтра с утра уже доскачем посуху.

- Не будет завтра сухости, - брюзгливо отозвался Отакар. - И послезавтра не будет. Но мысль насчет крыши хорошая.

Дозвольте исполнить, герр капитан?

- Дозволяю, - милостиво кивнул Швальбе.

- Это все я! – с некоторой гордостью отозвался сержант. – Верно у нас говорят, что как с ног до головы по матушке все обложишь, так сразу легче становится!

Часовенка словно специально для ландскнехтов оказалась на перекрестке. Маленькая, покосившаяся, щербленная проходящей мимо войной. Но внутри почти сухо, крыша целая. А что еще надо понимающему человеку? Неугомонный и взбодрившийся сержант сразу возжелал даму, но прагматичный Швальбе резонно заметил, что по нынешнему времени на проселочных дорогах даже с бабами туговато, не то, что с дамами.

Пришлось ограничиться походным харчем и выпивкой, благо и того, и другого было в достатке. Или, вернее сказать, в терпимом количестве, поскольку, как известно, монет, жратвы и вина слишком много не бывает.

- Ловим их, изничтожаем, а зла на земле меньше не становится.