Ландскнехты

Зашипев, упырь вздернул уголки губ и обрушил на копье удар свободной лапой. Составное древко, проклеенное, с кожаной обмоткой и стальными «тягами», способное выдержать удар меча-цвайхандера, жалобно треснуло. «Тяги» не дали наконечнику оторваться напрочь, но толку от него больше не было. Нахцерер освободился и скакнул ярмарочным болванчиком - назад-вперед. На мгновение он повис в прыжке черной тенью, и обрушился на Мартина. Из-за когтей упырь не мог сложить пальцы в кулак и потому бил открытой ладонью-»дощечкой», сверху вниз.

Охотник вскинул сломанную алебарду, принимая удар на древко жестким блоком.

Нахцерер упал, перекатился мячиком, быстро отскочил в сторону, присев среди могил как сова. Мартин также отступил на пару шагов. Ветеран заметно побледнел и шатался, в правой руке он сжимал билль с треснувшим древком, левой схватился за поясницу. Через пару мгновений Мартин пришел в себя, отбросил бесполезную, треснувшую в двух местах алебарду и выхватил из ножен кригмессер. Но скованность в движениях осталась.

Гюнтер видел по лицу Мартина, что каждый шаг, каждый разворот отдаются в пояснице ветерана невыносимой болью. Швальбе пробирался меж могил, пытаясь зайти твари за спину и пальнуть наверняка.

Мгновение передышки - и противники вновь схватились в яростной рукопашной. Но сказать, кто из них охотник, а кто добыча, с прежней уверенностью уже не получалось.Упырь перепрыгивал с камня на камень, временами ныряя между ними. Крепкие когти высекали искры из камня, словно были закалены в огне Преисподней.

Тварь двигалась экономно и расчетливо, так, чтобы между ней и ружьем Кристины все время оказывалась преграда. А вот в движениях Мартина появилась тень слабости. Охотник полностью выложился в первом рывке, и теперь усталость властно брала свое. Раз за разом ветеран бросался в атаку, но упырь отшатывался, держа дистанцию и заходя то с одного бока, то с другого.

И снова все произошло очень быстро, неуловимо для человеческого взгляда.

Мартин сделал выпад, и на этот раз враг ринулся навстречу, выставив клыки и когти. Охотник перехватил длинную рукоять ножа обеими руками, закрылся щитом быстрых секущих ударов. Роли поменялись, если ранее охотник нападал, тварь защищалась, то теперь нахцерер скакал вокруг Мартина, ища брешь в обороне. Старый охотник уже не пытался контратаковать, а лишь старался не подпустить врага ближе.

Огромным прыжком упырь снова ушел за пределы досягаемости клинка.