Ландскнехты

Сейчас же день клонился к закату, и с минуты на минуту придется зажечь потаенные фонари - даже луна светом не поможет. Мавр поежился. Хотя лето выдалось жарким и душным, но к вечеру под темным пологом леса. Холодало. Обезрукавленная куртка на голом теле - сволочи забрали дорогую шелковую рубаху - не грела.

Нахальная ветка хлестнула по распухшему от побоев лицу. Конвоир, что ехал справа, ухмыльнулся, заметив. Ухмыльнулся зло - у него самого нос заплыл сизой сливой. Кулаки у мавра крепкие, и сразу он людоловам не дался.

Бандит был молод, лет семнадцати, а то и младше, совсем недавно бриться начал. Потому особливо дерганый и злющий.

- Эй, начальник, - воззвал он куда-то вперед. - А может ну его к псам, черного нехристя? Везти, смотреть за ним, харч еще тратить... Дать по башке, да и прикопать в сторонке. А можно и не прикапывать, лес большой, волчки ночью придут, мясцо обгрызут, косточки растащат.

- Я тебе дам, - донеслось от головы обоза. - По башке. Самому. Это не просто мавр, а ценный товар! Господин Макензен за него хорошую цену даст.

Больше, чем за тебя.

Охранник замолчал, натужно переваривая сообщение. То ли понял, то ли нет, но замолчал и больше замечаний не делал, даже не смотрел на пленного. А тот, напротив, в который раз потихоньку огляделся, высматривая путь побега.

Побег не высматривался, хотя зеленая чаща и соблазнительно близка. Ноги пленнику вязать не стали, но через ручные кандалы пропустили цепь, что проходила сквозь массивное железное кольцо, надежно забитое в телегу.

Положим, с талантами, которые так ценятся среди разбойных людей, открыть замок можно, и даже быстро, однако сделать незаметно вряд ли получится. А если и выйдет - охрана бдит неусыпно. То ли опасается внезапного нападения, то ли ей хорошо заплачено за повышенную бдительность. У каждого из десятка конных стражей поперек седла лежала аркебуза или пистолет, готовые к выстрелу. И, судя по рожам, битым жизнью и войной, стрелять они умели. Всадниками охрана не ограничивалась. В придачу к возницам, на каждой телеге сидело еще по два-три человека. И морды у них были не менее заслуженные. Так что - догонят и не запыхаются.

- А глазки-то у мавры так и скачут, так и юлят по сторонам, - сизоносый все-таки не утерпел. - Ну, дай я ему хотя бы ногу сломаю! Чтобы не зыркал!

Чернокожий еще больше сгорбился, сжался на телеге, скрещивая руки, склонил голову так, что подбородок уперся в грудь.

- Дернется, сломаем обе, - милостиво разрешил начальственный голос спереди.