Ландскнехты

Или проводника больше не дадут, или нас заметят карлы и всполошатся. Пойдем налегке и пешими. Адам, возьмешь Мортенсена и еще пару человек на свое усмотрение, на вас лошади. Отведешь их обратно, там, в городке будете ждать нас. И гонца в Дечин, немедленно.

Адам кивнул с молчаливой благодарностью. После той давней истории он очень плохо переносил карликов, подозрительно косясь даже на цирковых лилипутов. Мортенсен называл это мудреным словом «fobia» и утверждал, что с обычной трусостью указанное состояние духа не имеет ничего общего.

Впрочем, любой, кто видел горелого поляка в деле, вполне согласился бы с научным мнением бывшего студиоза-медикуса.

- А ты... - Гюнтер мазанул взглядом по мавру, который до сего момента изображал соляной столп.

- А я с вами, - со странным, ненормальным спокойствием вымолвил Абрафо. - Я умею ходить в чаще тихо, а если дадите копье или топор, вашим бойцам не уступлю.

- Нет, ступай с Адамом, - сказал Швальбе. - Тебя мы не знаем, в деле не видели.

- Там... - чернокожий напрягся, сдвинул брови, - там у них, которые людоловы.

.. - он говорил медленно, через силу и явно был бы не прочь соврать, однако косился на Мирослава, - вещь. Она мне очень дорога.

- Что за вещь?

- Компас, - еще более нехотя ответил мавр. - Старый компас. Память о семье.

- Про компас верно, про память - врет, - равнодушно вставил Мирослав, который докуривал трубку и, казалось, мрачно думал о чем-то своем.

Абрафо набычился, опустил голову, сжимая и разжимая здоровенные кулаки.

- Он старый, бесполезный, давно сломан, - глухо пробормотал мавр.

- Но мне очень нужен. Очень.

- Если все сложится, и не будешь путаться под ногами, дам обшарить трупы. Заберешь свой компас, - кивнул Гюнтер. - Гавел, если наш черный... гость станет чудить или воспрепятствовать, пристрели его.

- Сделаем, - кивнул чех.

- Четверть часа на собраться, помолиться и все остальное, - приказал Швальбе.

Куница будто только команды и ждала, она свилась винтом вокруг ноги Кристины, скользнула выше бурой молнией. Раз – и зверь удобно примостился на плече валькирии.

Девушка улыбнулась и пошла прочь, на ходу почесывая ухо лесному хищнику, который вел себя словно обычный кот.

- А ты, дружище, задержись-ка, - с этими словами капитан подхватил за перевязь Мирослава, буквально оттаскивая его в сторонку, почти в самые придорожные кусты.

- Есть что-то, что мне еще нужно знать? - очень тихо и очень внушительно спросил Швальбе, удостоверившись, что услышит его только Мирослав да листья на ветвях.