В поисках ушедших богов - 1

— Бегом в уборную, потом мыть руки и садись есть, пока я ещё держусь и не принялся за твою колбасу...

Дождь шёл уже который час без всякого намёка на перерыв, и путники решили остаться ещё на сутки, поскольку никто не хотел мокнуть и топтать дорожную грязь. Они лежали на своих койках и смотрели в небольшое окно в попытках увидеть голубые просветы в свинцовых облаках. В комнату уже дважды стучалась бойкая разносчица, справляясь о том, нужно ли постояльцам что-нибудь ещё, и Ириней в сердцах сплюнул.

— Вот тебе серебряная монета, а я пойду вниз на пару часиков.

И если эта девка после всего, что ты с ней сделаешь, припрётся сюда ещё раз, то заставлю тебя принять обет целомудрия до того дня, пока не прибудем на побережье.

Пока парень раздумывал о смысле этой тирады, раздался стук в дверь и на пороге, не дожидаясь приглашения войти, появилась улыбающаяся разносчица...

— Так всё-таки, Иренеус, сколько у тебя было жён, — блаженно улыбаясь после трудов праведных, спросил Олег.

— Ну, если считать только жён, а не всяких там наложниц и прочих.

.. то дюжины три... наверное, — неуверенно произнёс маг.

— Сколько?! — расслабленное состояние было забыто, и парень вскочил на ноги. — Это... почти сорок? — затупив на время, спросил он.

— Где-то так, — кивнул мужчина. — Как говорят у вас, плюс-минус.

— Прости, а зачем тебе столько? — продолжал недоумевать попаданец.

— Молодой я был, глупый. Родители слишком баловали меня, и я не привык делать что-то своими руками. Требовался человек, который мог меня кормить, обстирывать.

.. и я решил, почему бы этому человеку не быть красивой девушкой, дабы ещё по ночам мух от меня отгоняла и своим телом грела в холодное время, — неожиданно разоткровенничался маг. — Однако, вскоре молодые рабыни мне надоели, поскольку большинство из них являются безвольными существами, выполняющими лишь приказы. И мне захотелось... этого... драйва. Вот так я и женился в первый раз.

— А потом? — боясь спугнуть внезапную словоохотливость спросил Олег.

— Потом женился во второй раз, в третий... и пошло-поехало. Ведь я жил там, где было разрешено многожёнство. Но и разводы тоже позволялись. От кого-то уходил я, кто-то бросал меня. С одними я жил пару лет или меньше, с другими — пару десятилетий или больше. В один прекрасный момент я прочитал в древней восточной книге, что все дела нашей жизни похожи на пар, который сразу развеется от слабого дуновения ветра, и в последующих поколениях никто не вспомнит о нас.