Дочь лорда

Конвоируемый.

Юноша осторожно приоткрыл левый глаз.

Совершенно незнакомое помещение. Лазарет?

Вот теперь Кридель испугался по-настоящему. Волосы дыбом встали от жуткой догадки, где он в действительности!

Относительно мягкая постель. Закуток не больше каморки слуги. Отделен темной ширмой от соседней комнаты.

Или залы. В пользу последнего доносятся приглушенные голоса товарищей. Весьма многочисленные.

А рядом с Сержем на стуле – Жан Вальден. Лицо - небрито, взгляд - встревожен.

Но вмиг просиял при виде открывшего глаза больного:

– Хвала Творцу! Я уж боялся – проваляешься неделю.

Дошло мигом. Даже сквозь головную боль.

– Кто... дал... ему право? – раздельно произнес Кридель.

– Лежи, Серж. Тебе нельзя, – Вальден слегка надавил ему на плечи.

Еще вчера Кридель легко сбросил бы подобную хватку. Но сегодня - слаб как новорожденный.

Да он такой и есть! Если б Рауль его не оглушил - бывший дезертир трясся бы сейчас под конвоем.

До границы, а потом – до Лютены. До площади - с позорной плахой.

Сегодня (или уже «вчера»?) окончательно умер эвитанский дворянин. И родился… Кто? Гладиатор Квиринской империи?

Бедные родители! Такого они не переживут точно.

Не переживут и его казнь - если совсем честно. Так уж вышло, что Сержу досталось лишь два пути. И «оба хуже».

Но он имел право решать за себя сам! Уж как-нибудь нашел бы способ свести счеты с жизнью - до казни. А Рауль с ним... как с мальчишкой! Какое имел право.

– Где я? – устало спросил Серж. Хоть и так догадался.

– В казарме. Здесь только мы, иностранцы - в другой... – Жан будто оправдывается.

Конечно, ему-то что? Не дворянин. Герб от пребывания в гладиаторах не пострадает. За отсутствием такового.

Несмотря на весь кошмар, юноша невольно усмехнулся. Простодушный сержант сам-то понял, что сказал? Какие «иностранцы»? Это они в Квирине – иностранцы.

Вальден истолковал его улыбку как примирение с судьбой.

– Ты уж не сердись на Рауля! Он как лучше хотел…

Да, тюрьма свое дело сделала. Сын барона Криделя только сейчас заметил, что Жан ему всё время «тыкает». Мещанин – дворянину.

Слегка коробит, но виду Серж не подал. Не в Эвитане. А у них тут за полтора года свои привычки завелись. Как в любой тюрьме.

Интересно, Жан - грамотный? Должен. Иначе как расписывается? Закорючку ставит?

Кридель едва не подскочил на месте.