Место для битвы

Силы стремительно уходили.

За спиной раздался смех.

Духарев обернулся.

Бьярни.

– А крепок ты, варяг, – похвалил нурман. – Думал, бык тебя стопчет.

– Не стоптал, как видишь, – буркнул Духарев, пытаясь скрыть накатившую слабость. Еще раз дернул меч…

– Застрял? – сочувственно произнес Бьярни.

И отстегнул от пояса секиру. Намерения его читались совсем легко.

Духарев перескочил через турью тушу. Вышло совсем неловко, едва не упал.

Нурман обидно засмеялся. Серега попятился.

Где-то здесь должна валяться рогатина…

Чертов нурман угадал его мысль.

Перемахнул легко через турью тушу, поиграл топором.

– Нечестный бой, – хрипло проговорил Духарев.

Голова у него кружилась.

– Ага! – с удовольствием подтвердил нурман. – Тебя Свенельд послал?

Духарев молчал.

– Я и сам знаю, что Свенельд, – процедил Бьярни. – А охотник из тебя – дрянь. Тура с кабаном перепутал, да?

– Я его завалил! – хмуро бросил Духарев.

Потянуть время, может, полегче станет?

– Ага, – согласился нурман. – Ты – тура, а я – тебя. А что еще Свенельд про нас узнал? – Он наступал на Духарева, Серега отступал.

Такая вот игра. В одни ворота…

– Многое, – сказал Духарев, сделав еще один шаг назад.

– Так что же? – Бьярни, играя, перекинул секиру из руки в руку. – Скажешь что интересное, варяг, и я тебя сразу убью. Или ты хочешь – по частям? Сначала ноги обрубить, потом руки? Как хочешь?

– По частям, – сказал Духарев. – Хочу я, нурман, пожить подольше… Бей!!!

С оглушительным криком Духарев прыгнул вперед, пытаясь перехватить секиру. Но нурман не купился.

И сам бросок вышел гнилой. Бьярни ударил Сергея рукоятью в бок. Туда, где турий рог порвал кольчугу. Духарева скрутила черная боль. Он перестал видеть и слышать, скрючился… Но понимал, что нурман сейчас рубанет. И ждал этого удара…

Но удара не было.

Вместо этого сильные руки бережно обняли Сергея, поддержали…

«Этого не может быть», – подумал Духарев.

Нурман совершенно точно собирался его убить. В таких вещах ошибиться невозможно.

Между тем нурман так же бережно помог Сергею выпрямиться.

В глазах прояснилось, и Духарев увидел… Устаха!

А нурман?

А нурман валялся ничком рядом с турьей тушей, и из спины его торчала вошедшая на пол-лопасти рогатина.

– Слабый удар… – прохрипел Духарев, наконец осознавая, что пока живой и, скорее всего, поживет еще немного.

– Тур глубже не бьет, – деловито ответил друг.

Тур… Тур?

– Устах… Стрела…

– Какая стрела?

– В быке… Должен быть еще один…

– Посиди пока, – Устах аккуратно опустил Серегу на траву.