Сотая казнь

Мэрган сочла, что старик являлся мастером, судя по тому, с каким христианским смирением сносили удары его палки мастеровые.

— А герцог не боится, вот так в открытую пушки по улицам таскать? Вдруг соседи скопируют?

— Боялся. Да только от соседских засланцев ни заборы, ни стража не спасали. Ну да ничего, по весне повелел он мне взять доски потоньше, собрать наподобие длинной бочки, а потом обмотать шкурами, да сжать обручами. Да и похвастался, что мы, умельцы его верные новую, сверхлегкую пушку сделали.

Соседские шпионы все за одну ночь и перерисовали. В соседних королевствах с княжествами собрали… В общем после испытаний число пушкарей у соседей сократилось серьезно…

Пушечных дел мастер довольно скрестил руки будто сам был организатором этой затеи.

— Ты любуйся, любуйся! Скоро эта пушка не один отряд в бегство обратит! И вообще у пороха огромное будущее! Пройдет столетье и ни одна битва не пройдет без него! Попомните слова Карла Нагеля, уж я то не ошибаюсь.

— В сражении конечно понадобится, а вот в мирной жизни вряд ли.

— Что за чушь? — старик подпрыгнул так, будто Мэрган попыталась его грязно оскорбить, — Кто ты по профессии?

— Палач.

— Палач? Да вам же вообще без пороха никак! Ты представь, отрубать головы не нужно будет. Сделать воротник, набить порохом, да на человека надеть — подпалил и голова сами с плеч!

— Зачем? — Мэрган опешила.

— Технологично! Красиво! Эффектно! Что еще для толпы пришедшей на казнь надо? — радостно откликнулся мастер Нагель.

— Ваша идея? — Мэрган подумалось, что с такими замашками пушкари скоро приобретут столь же скверную репутацию как и палачи.

— Ну не моя лично… Просто опять все склады от пороха ломятся. Перепроизводство. Вот и ищем кому бы впихнуть. Недавно вот отцу Фогелю бочку сплавили — во время казни одного колдуна вместо дров использовать.

— И как?

— Эффектно, бес меня дери! Поганого еретика потом нашли на толпе.

И на отце Фогеле. Впрочем досталось и герцогу. А столб к которому его привязали вытаскивали из крыши ратуши. В общем было весело.

Не успел Нагель продолжить свои измышления, как подмастерья опасно накренили пушку и старик с проклятьями кинулся к ним, усердно помогая парням ударами палки по спинам.

Колокола отбили одиннадцать, когда палач подошел к кузне, с приметной, описанной Гийомом вывеской.