Волки

Сальвий пребывал в задумчивости и его невысказанный вопрос к самому себе озвучил Лонгин:

— Что, если этот ублюдок специально снег с бревна стряхнул, чтобы след запутать?

— Может и стряхнул... — буркнул Бесс.

Декурион остановился, покосился на небо. Начинало темнеть. Шли уже долго и Лонгин все больше нервничал.

— Надо было разделиться, — сказал один из разведчиков.

— Ага, разбежались, — ответил другой, — тут ещё не известно, кто кого ловит.

Лонгин покачал головой.

— Возвращаемся. На ночь я в этом лесу не останусь.

***

Установилась тёплая погода и пушистое белое покрывало, укрывшее землю на несколько дней, исчезало на глазах. Это весной слежавшийся снег долго тает и остаётся в низинах даже тогда, когда вовсю уже набухают почки на деревьях, а сейчас зима ещё только пробовала силы.

Искать следы в сыром чёрном лесу стало сложнее. Когда двумя днями позже без вести пропал ещё один ауксилларий, поисковые партии снова вернулись ни с чем. Хотя в этот раз невидимый похититель наследил сильнее.

Три десятка солдат вспомогательной когорты (на этот раз не злополучные бритты) валили лес для строительства лагеря. Здесь же, прямо на месте, очистив бревна от сучьев, раскалывали их клиньями на доски (а иначе здоровенные лесины было бы очень трудно вывезти к лагерю). Двое ауксиллариев сосредоточенно занимались этим делом чуть в стороне от товарищей, когда все произошло. Никто ничего не услышал.

Когда их хватились и пошли искать, один обнаружился сразу.

Он был мёртв. Убийца перерезал ему горло. Второй бесследно исчез.

Когда о происшествии узнал Адриан, он пришёл в ярость.

— Расслабились?! — бушевал претор, исподлобья взирая на вытянувшихся по струнке центурионов, — решили — всё, война окончена?! Кто отменил приказ все работы вне лагеря проводить с охранением?!

Центурионы, многие из которых были значительно старше претора, потупив глаза, переглядывались, словно зелёные тироны. Действительно расслабились.

Виной всему — отрубленная голова царя даков. Это она заставила их забыть, что они не в относительно безопасной Мёзии, где и то постоянно соблюдались меры предосторожности при внешних работах.

Виновных Адриан наказал удержанием части жалования. Покричав, не стал слишком зверствовать, всё же провинившиеся были людьми весьма заслуженными. Они и сами от себя не ожидали подобной беспечности.

— Я его поймаю, — пообещал Гентиан.

— Как? — спросил Адриан.