Волки

Первый снег везде растаял, дождя давно не было, но выпала обильная роса и в промозглом зимнем воздухе сгустился туман, потому кожа полога отсырела. Чтобы воспламенить её ушло бы много времени, однако на крыше факел не удержался, скатился вниз, и жадное пламя вцепилось в грубое полотно. Оно, хотя тоже было влажным, сопротивляться огню не смогло, зашипело, задымило. Пламя занялось довольно быстро.

Легионеры, спавшие внутри чутким солдатским сном, проснулись и закричали все разом, бросились наружу, спотыкаясь друг о друга.

Палатка вспыхнула, взметнув в чёрное небо язык пламени.

Тень остановилась, обернулась на мгновение, после чего с глухим рычанием вновь бросилась к своей цели. Её заметили. Раздались крики.

На пути тени возник центурион с парой солдат. Тень легко раскидала их, но замешкалась, вынуждена была остановиться. К преградившим ей путь легионерам уже спешила подмога.

Тиберия мучала бессонница. Привлечённый шумом, он выглянул наружу, окликнул пробегавших мимо легионеров:

— Что случилось? Варвары напали?

Один из солдат на бегу одарил декуриона безумным взглядом, но ничего не ответил.

Тиберий услышал в той стороне, куда все спешили, звериный рык. По спине пробежали мурашки, декурион метнулся в палатку, подхватил перевязь со спатой, выскочил наружу и тоже побежал на звуки драки.

Шагах в сорока-пятидесяти от его палатки творилось нечто страшное. Здоровенная человекоподобная фигура расшвыривала легионеров.

Некоторые, увидев, с кем имеют дело, бросились было врассыпную, но тут к месту схватки подоспел ещё один центурион и попытался организовать слаженную атаку.

Полдюжины солдат разом метнули пилумы, но существо одним взмахом длинной когтистой лапы отбило четыре из них. Только одному из солдат повезло, его копье вонзилось пришельцу в левое бедро. Ещё один пилум, брошенный неверной рукой, пролетел мимо.

Тень взревела, вырвала копье из раны, перехватила и метнула в центуриона. Тот был без щита, но его успел прикрыть один из солдат.

— Мечи! — рявкнул центурион, — вперёд!

Неведомое существо, не обращая внимания на рану, прыгнуло навстречу.

Тиберий не смог толком разглядеть, что произошло следом. На фоне пляшущего пламени пожара метались бесформенные тени. Росчерки факелов рвали тьму на части. Сзади, слева, справа нарастал топот ног и крики.

Солдаты орали от леденящего кровь ужаса, но в присутствии командира оставались в строю и даже теснили существо.

— Пятишься, тварь! Навались ребята!

Ноги сами понесли Тиберия вперёд, против его воли.