Тмутараканский лекарь

– Кроме нас с тобой, есть еще трое русичей здесь, но им еще хан Асуп за дерзость языки укоротил, так что уж очень я истосковался по родной речи. А вообще еще живут пленные печенеги, торки и какие-то неизвестные мне народы. Я тут все знаю, так что держись меня и не пропадешь.– Парень утер пот со лба и добавил: – Ну все, с дровами на сегодня закончили, пришла пора их Итларю отнести…

***

На ужин они ели какую-то похлебку с рисом, которая после работы на свежем воздухе показалась Сергею необычайно вкусной.

Теперь он сидел рядом с Николой и слушал его бесхитростные рассказы. Тот говорил почти без умолку, и этим был похож на плотину, которую прорвало сразу в нескольких местах, и потоки воды, долгое время бывшие в бездействии, затапливали окрестности. Оно и было понятно, после такого периода вынужденного безмолвия, Никола наконец-то снова обрел возможность слышать славянские слова. Теперь ему снова была доступна великая ценность – русская речь, а, значит, он уже не был безродным рабом, чей язык произносил только чужие фразы. Отныне через русские слова, как сказанные, так и услышанные в ответ от Матвеева, Никола обретал незримую связь с родной землей, и это дорогого стоило. Это придавало ему сил, вселяло уверенность в том, что его положение не безнадежно. А Серёга был рад тому, что этот говорун помогает ему спастись от одиночества в чужом и незнакомом мире, поэтому не перебивал и старался слушать его внимательно.

Ели они вместе с другими рабами, и Матвеев смог увидеть своих товарищей по несчастью.

Действительно, почти все они были нерусскими, о чем красноречиво свидетельствовали их физиономии и остатки одежды. Никола рассказал, что всех русичей, захваченных в плен, половцы сразу разделяют на три части – молодых девушек и работоспособных мужчин отдают торговцам, а те продают их на невольничьих рынках в Суроже; имеющих нетоварный вид, но смирный характер, оставляют у себя в качестве рабов для тяжелого труда, а тех, кто сопротивляется или вообще не представляет для завоевателей никакой ценности – убивают. Николу сразу тоже хотели отогнать с прочими молодыми невольниками, но узнали, что он раньше был хорошим колесником, причем справлялся с этим заданием быстрее кочевников. Половцы не могли представить себе другой жизни без своих телег, которые периодически надо было ремонтировать. И тогда хан Асуп и приказал оставить его у себя, ну а впоследствии его ремесло пригодилось и беку Сакзю.