Легенда.

Вся площадь пришла в движение и с шутками и смехом начала смещаться в право, на маленьком освободившимся пространстве осталась одна дородная тетка, непонимающе хлопающая глазами.

— Ты что же Фекла? Несогласна Федограна на княжество? А как же: «Красавчик и плащ?», иль уже передумала. — Чей-то голос из толпы выкрикнул слова с хохотом.

— Чу на тебя, оглашенный. Где тут право-то? От коль я знаю. — Растерянно буркнула та и покраснела под хохот площади. — Согласная я с Федограном, да и Хлуд мужчина правильный. Пущай правят.

— Вот и хорошо. Вот и правильно. Вече единогласно в своем решении. Надевай венец княже. Долгих тебе лет и достойных наследников на смену. — Трислав поклонился в ноги, коснувшись рукой настила, по древнему обычаю, ошарашенному таким исходом богатырю.

— Вы сдурели! Какой князь! — Вскочил Федогран, я пацан еще, у меня опыта никакого нет. У меня дел других полно! — Затараторил он, отчаянно жестикулируя руками. — Мне уезжать надо, и неизвестно вернусь ли я живым. Отказываюсь!

— Охолонись, княже.

Люд тебе свою волю выявил, не по правде это отказываться. Не позорь город. Прими венец. — Вновь поклонился Трислав и вместе с ним склонила головы вся площадь. — Яви милость князь. Прими под руку свою. — Загомонил разношерстый гул голосов.

— Да что же это такое. — Рухнул на кресло Федогран и со злостью напялил себе на голову венец. — Я смогу в этом мире хоть что-нибудь сделать, что хочу, или так и буду чужой воле служить.

— Слава! — Взорвалась криками площадь и в верх полетели шапки.

— Слава князю Федограну! Долгих лет! Ему родимому!!

— Ну вы сами этого захотели! — Прошептал богатырь.

— А княжна у нас будет красавица, я ее в прошлом годе видела, еще девчонкой, дюже хороша, как пава ступает, и умом не обижена. Сейчас наверно еще больше расцвела. — Знакомый голос Феклы прорвался сквозь крики, делясь свежими сплетнями с кем-то их подруг.

— Князю слава! Княжне слава! — Выкрикнул кто-то, и был поддержан новым ревом толпы. Дубовый помост вздрогнул и завибрировал:

— Долгие лета!

Глава 18 Реформатор

Все то время, что находится в этом мире Федогран, все это — это сплошная дорога.

Дорога с редкими, кратковременными остановками на отдых или лечение от травм и увечий, чтоб снова потом двинуться в путь не заканчивающихся сражений. И нет ему конца.

Вот и сейчас стучат, по тропе копыта, приминая пожухлую траву. Впереди горы. Они уже рядом, кажется, протяни руку и коснёшься заснеженных вершин, попирающих небосвод.