Великий князь Михаил Александрович (император Михаил II - 1)

Не смотря на это, Главнокомандующий генерал-адъютант Куропаткин остался при своем мнении и вашему императорскому высочеству надо быть готовым к серьезному разговору. Будет сватать.

Михаил Александрович только хмыкнул. Все действительно уже было обсуждено на самом высоком – даже высочайшем уровне в Санкт-Петербурге. И говорить тут было не о чем и не зачем. Вот повоюем немного и посмотрим. А Алексей Николаевич… что здесь больше – старание придворного царедворца или исполнительного Главнокомандующего Действующей Армии? Дивизий-то много новых, а тут бесхозный великий князь, хе-хе…

Приехали.

Ставка была временно расположена в небольшом леске в легких палатках и шалашах. Ужас! Они собираются здесь вести большую войну? Не «померзнут» как бы ненароком в этой кромешной жаре?

Лицо великого князя так сильно недвусмысленно исказилось, что Медушевский был вынужден пояснить:

- Главнокомандующий сразу же изволил распорядиться, что стоянка здесь является сугубо временной и чтобы никаких излишеств для благоустройства господ генералов и старших офицеров квартирмейстеры не делали.

И без особой прохлады. Пусть страдают, как все остальные войска на передней линии.

Штабисты пороптали, но согласились. Все равно скоро пойдем дальше. А несколько суток и так выдержат. Воды же достаточно. Денщики живо прокипятят и ладненько.

- Господи спаси, - ужаснулся Михаил Александрович, - приличный толчок хоть, извините, есть? Присесть,пофилоствовать о трудной жизни и о себе. Или уже вся местная округа дерьмом завалена?

- Сортир есть, - скупо улыбнулся Медушевский, - а в остальном обстановка сугубо спартанская.

Сидим в жаре, жуем, как правило, сухари и скудную похлебку. Зато генералы стремятся из ставки с большой поспешностью. Только их и видели. Все в войсках, там, по крайней мере, сытнее и водки хватает!

Замечание было многообещающее, и великий князь уже тихо ужасался и буквально побаивался Ставки. Он-то, безусловно, здесь по своему воинскому чину и должности быть не должен?

Но вблизи Ставка была очень даже не дурна, палатки и шалаши были поставлены линеечку в несколько рядов и даже на поверхностный глаз изрядно обухожена.

Дороги посыпаны песком, военные зазря не шастали, а пьяных, что порою бывает, совсем не виделось. Приличная деловая обстановка.

Уже втроем (великий князь, генерал, и его адъютант) они шли посреди легких строений не слишком долго. Около большой палатки Медушевский о чем-то переговорил с часовым и решительно прошел внутрь.