Великий князь Михаил Александрович (император Михаил II - 1)

И не только для себя, но для личного состава батальона. Кто ведь как кушает, тот так и воюет. Это Михаил Александрович четко усвоил из двух эпох. И не надо ему втирать, что и голодные солдаты хороши. Они-то хороши, но чаще в войне с начальством, а не в доблестном сражении с проклятым врагом. А так обед с перловой кашей без мяса, но с водкой и местным растительным маслом всегда оживляет оббщую атмосферу.

Повар охотно отвечал на вопросы высокопоставленного начальства. Их императорское высочество же! А вот насколько в этих словах было честности и правдивости, Михаил Александрович определить не решался.

Но, во всяком случае, командир батальона узнал, что его подчиненные офицерского ранга в полку зачастую заказывали дополнительные блюда из только что пойманной рыбы и мяса, которые здесь стоили не очень-то дорого. Во всяком случае, казне стоило хорошенько подумать, прежде чем решать, закупать ли их в Манчжурии или вести за тысячи верст из центральной России. А уж мука, рис, чумиза и прочие растительные продукции стоили так дешево, что он сразу решил – покупать только здесь.

Может быть, потом они вздорожают, но пока и дешево и свежо. Масло, яйца, птицу, конечно, тоже стоило покупать только здесь. Не говоря уже о молоке и свежем твороге, и растущих на местных полях овощах.

Впрочем, все это в будущем. Вряд ли врид командира полка подполковник Осокин это ему позволит. Вот станет сам командиром полка (этого или другого по решению командования), то тогда может быть. А так, дальше идем, хотя бы в лазарет, там тоже много интересного.

В принципе, в санитарный полковой лазарет Михаила Александровича привела жалоба одной медички небезызвестной вольноопределяющейся Алики Антиповой.

В отличие от капризного и, чего уж тут говорить, матерщиного характера, бумаженция ее была написана толково. Здраво, умно, логично и, главное по положенной форме и по содержанию. Жалоба так позитивно отличалась от своей хозяйки, что он не поверил. А когда все же поверил, решил, что обязательно даст ей ход. Не Алике, разумеется, а жалобе.

Хотя мог бы и остановить. Неформально, поговорить хоть в полку, хоть в дивизии. И там, и там с большим удовольствием бы притормозили. Мало ли каких кляузных бумаг ходит в бюрократическом круговороте, а так великий князь может и вспомнит, хуже не будет.

Принципиально не стал, и даже прилюдно сказал огромное спасибо за найденные ошибки в деятельности командира батальона. Ибо, как за нехорошее надо наказывать, так и за хорошее благодарить. Иначе никак.