Хроники особого отдела

Заспанный, и, словно побитый, какими-то рваными прыжками к ней приближался Илья, а она всё стояла, обняв печь, и с замиранием души смотрела на летящий к горе состав.

– Кого вы ставили в охранение? – через полчаса зло допытывался у Телицына Илья.

– Рядового Петрова. Да он не со зла. Без умыслу парнишка-то, – оправдывался Борис Евгеньевич.

– Где он? Почему до сих пор не найден? – раздражённо требовал показать ему разгильдяя капитан.

В бараке стало, наконец, значительно теплее. Порядок был восстановлен, но дежурный рядовой исчез.

Утром китайскими товарищами, в трёх метрах от входа, была найдена глиняная фигура русского солдата, в натуральную величину...

***

В начале десятого, нагрянуло начальство. Глиняного истукана, аккуратно завёрнутого в простыню, тщательно изучили китайские товарищи, а затем и Утехин с Худояровым. Ян к фигуре не приближался.

Вопросов ни у кого не было.

– Я виноват, Ян Геннадьевич, – сказал Илья, пытаясь как-то смягчить накал эмоций, после краткого рассказа прапорщика.

Худояров, стараясь не кашлять, шагал по бараку и делал вид, что не замечает белого от подступившего бешенства Утехина.

«Этот ничего не понял и не поймёт. Но в его выводах точно всё будет представлено иначе. В любом случае, я здесь до конца, а какой он, этот конец...» – спрашивал себя Рашид Ибрагимович. Его знобило, и простуда, тихо тлевшая несколько месяцев, разыгралась, превращаясь, похоже, в настоящую болезнь.

Он остановился перед стоящим немцем и обратил внимание, что этот белокурый и голубоглазый фриц имеет широкую кость… и весьма почтительный взгляд.

«Всё-таки, у этих в крови порядок и уважение к старшим по званию» – ни с того ни с сего решил он и одобрительно улыбнулся.

Утехин, молча прослушав информацию, что-то тихо диктовал адъютанту. Он ни разу не обратился с вопросами и не повысил голоса. Замершая близ начальства рота пыталась не дышать.

Наконец, он повернулся и, никому не глядя в глаза, глубоко вздохнул, а потом резким властным голосом начал:

– Приказ номер один начальника 4-го отдела СМЕРШ, генерал-майора Комитета государственной безопасности Утехина Георгия Валентиновича:

«За антисоветскую деятельность, организацию контрреволюционной повстанческой группы на территории дружественного государства, ПРИКАЗЫВАЮ:

Расстрелять: капитана Пескова И.

А., прапорщика Телицына Б.Е.; приговор привести в исполнение в течение двух часов».

Это был миг ошеломлённой тишины. Строй качнулся, волной пробежал недовольный ропот.