Зимний Виноградник

- Ну, ты черт бесполезный, - сердито произнес Швальбе.

- Вы не понимаете, - проскрипел витико. - Я… не могу…

- Не понимаю, - накручивал себя Гюнтер. - В упор не соображу. Каких-то гнилых помощничков нам ваша девка подкидывает!

- Тихо! - гаркнул Мирослав и, кажется, едва удержался от того, чтобы не припечатать уста капитана твердой ладонью. Затем уже спокойнее добавил. - Думаю, он боится увидеть кровь. Людскую. Так?

Ведьмак повернулся к витико. Обратившийся людоед щелкал зубами и нервно ломал обрубки пальцев, будто пытался превозмочь жестокий приступ лихорадки.

В конце концов, нахцерер тяжело выдавил:

- Т-так.

- И хрен с тобой, - плюнул себе под сапоги Швальбе. - Значит, будем вывозить собственными силами. Как обычно.

С четверть часа они молча наблюдали за тюрьмой. Там шла своя малозаметная жизнь, в основном укрытая за бортами, но и так было ясно, что караулы выставлены и бдят. Даже юный дозорный сидел на мачте, озирая водную гладь.

- А вы, любезный, таки нам понадобитесь, - сообщил Гюнтер вампиру и, опережая естественное возражение, пояснил.

- В деле такого рода, где вода не помешает.

- Чего изволите? - осведомился заинтригованный упырь.

- Нам нужно… - Гюнтер отступил на шаг и критически смерил вампира строгим взглядом, измеряя и оценивая. - Воплощенное благородство и обаяние. Такого рода, чтобы даже каменнотвердый сердцем жидовский ростовщик жидким маслом растекся.

- Любезный капитан, - покровительственно сказал Инкогнито. - Уверяю вас, подобная сегрегация лишена всякого смысла.

Я видел много ростовщиков, менял и банкиров. По моему богатому опыту натурных созерцаний, что сыны Израиля, что немцы, французы, голландцы, даже англичане, все едины в недостойном грехе стяжательства. Профессия обязывает, вытравливая из душ все человеческое. И человечное.

- Ну и хрен с ними, - согласился Гюнтер. - Мысль-то понятна?

- Более чем, - кажется, Инкогнито даже приосанился, будто возможность блеснуть перед временными союзниками вернула ему чуточку прежнего тщеславия.

- А что мы станем делать, дозвольте полюбопытствовать?

- Мы купим корабль. Небольшой и бесполезный. Такой, чтобы пыль в глаза пускать. И погрузим на него самый беспутный люд, какой сыщем в ближайшем городе. Музыкантов, циркачей, девиц и девок. Глотателей огня и мечей, поэтов, певунов и прочие бесполезности.

- И снова не разделяю ваше мнение насчет градации полезных деятелей искусств, - церемонно высказался Инкогнито. - Но да, общую мысль понимаю.