Принц-Просветитель

С большим любопытством он изучал человека, который лежал перед ним на полу, связанного и с кляпом во рту. Им действительно не следовало оставлять пленников без присмотра.

«А, Кристиан. С возвращением», — Антонио вышел из дальней комнаты, вытирая руки тканью, его борода, как всегда, была аккуратно подстрижена. «Как прошло выступление?»

«…кто это», — принц проигнорировал вопрос. Связанный незнакомец казался сейчас более важным.

«Просто ещё один человек Герцога Балтимора. Он… третий за месяц?» — Антонио пнул пленника по ноге.

В ответ из рта связанного наемника вырвалось несколько приглушенных звуков, и пленник начал извиваться.

«Балтимор не собирается сдаваться.?» — задал риторический вопрос принц Кристиан. «Может быть, герцогу пора понять, что он не может просто посылать обычных людей разбираться с нашей группой».

«Лучше бы ему ничему не учиться, еще не хватало чтобы по наши головы пришли искусные убийцы», — сказал Браум с содроганием.

«В этом и заключается ещё одна проблема. Даже когда я согласился пойти с вами, я никак не мог представить, что герцог будет так сильно ненавидеть вашу группу.

Я имею в виду, вы же личные враги брата короля?» — до сих пор Иероним молчал, но наконец он не выдержал и сразу же начал жаловаться снова.

До сих пор Иероним молчал, но наконец не выдержал и сразу начал жаловаться снова.

«Послушай, друг, мы знаем, что у тебя свои проблемы с дворянами королевства. Не нужно перекладывать вину за нападения только на нас», — возразил Антонио.

«Как…» — шёпот алхимика сопровождался его широко раскрытыми глазами.

«Великий алхимик разговаривает во сне, когда ему снятся кошмары». На лице Антонио появилась ухмылка, и вскоре Кристиан тоже заулыбался. «Разве это не так, о великий алхимик Рональд Бейкер».

Лицо Рональда сначала побледнело, а затем покраснело, его большой секрет был раскрыт. Разве у великого алхимика могло быть такое обычное имя? Тем временем смех Антонио разносился по конюшне, в то время как Кристиан и Браум согнулись пополам и держались за животы, тщетно пытаясь подавить собственный смех и не обидеть своего алхимика ещё больше.

Ослы на заднем плане, тем временем, были совершенно невозмутимы из-за шума. По крайней мере, в этой области ослы были намного лучше лошадей, подумал Кристиан.

«Хватит. Пойду, посмотрю, не напортачит ли великан с алхимической работой», — великий алхимик, смущенный их смехом, направился в заднюю часть конюшни, где запах и испарения говорили о усердной работе Фиделя.