Принц-Просветитель

Даже если он появится снова до того, как я истеку кровью, сегодня я не выживу, если вы позволите ему работать. Как вы этого не понимаете?

Стоявший у изножья кровати Браум на секунду задумался, а затем побледнел.Парень хорошо умел собирать воедино информацию и считывать ситуацию, если мальчик успокаивался и старался держать себя в руках. Может быть, это было трудно сделать из-за его возраста, но юный торговец всё ещё был слишком доверчив. Как только ему указали на это, мальчик вспомнил и заметил злобу, скрытую в словах и действиях доктора.

— И что теперь? — пока парень размышлял о своей невнимательности, Антонио задавал более важные вопросы.

— Всё как обычно. Промыть, продезинфицировать, зашить, перевязать. И дайте мне бренди. Будет чертовски больно… то есть очень больно.Пока Кристиан раздавал указания, алхимик уже подошёл к левой стороне топчана и поставил дорожную сумку на пол. Чтобы притупить боль, он протянул принцу бутылку драгоценного напитка божественных повелителей.

Пока Кристиан зубами откупоривал бутылку и делал небольшой глоток крепкого напитка, алхимик начал поливать инструмент, на который была намотана нить с иглой, промытой медицинским спиртом для дезинфекции

Глава 9

Когда все было готово к операции , внезапный стук в дверь заставил их поднять головы.

Похоже, Фаренгейт вернулся с сонным зельем быстрее, чем думал принц. Чтобы никто не вошел без разрешения, Фидель быстро прижался спиной к двери.

«Откройте, нам нельзя терять время», — после нескольких тщетных попыток повернуть дверную ручку снаружи раздался приглушенный голос доктора.

Учитывая, сколько времени у него заняло принести одно простое лекарство, раньше он не казался спешащим, и его сердитый голос был вызван явно не заботой о пациенте..

«Нельзя. Доктор, мне поручили никому не открывать эту дверь», — ответил Фидель спокойным низким голосом.

«Так желает король! Нельзя допустить, чтобы провидец Фармэр погиб, тем более на землях нашего короля!»

На лице Медалийского воина появилась хмурая гримаса, пока Фидель пытался придумать отговорку.

Это было непростой задачей, поскольку причина его настойчивости должна была перевесить прямой королевский приказ. Тем временем стуки усилился и превратился в удары.

«Впусти его и держи. Не подпускай ко мне этого шарлатана», — с ухмылкой приказал Кристиан. Ухмылка вскоре превратилась в гримасу, когда Рональд начал обрабатывать рану Кристиана , используя кусок ткани смоченный в спирте.