Георг де Вилар. Серебряная рота.

А что было бы, учитывая его нрав, если б он раньше узнал моё имя, о чём я легкомысленно и не думал? Убийц вряд ли бы стал подсылать, всё-таки благородный человек, но вот просто приказать крепко меня избить – это вполне. Но на службе подобное уже недопустимо. И что же он сделает?

Пауза затягивалась.

А есть ли вообще выбор?

Гасконец продолжал испепелять меня взглядом.

- То, что юноша умеет держать язык за зубами – весьма похвальное качество, - негромко проронил капитан.

Я внимательнее всмотрелся в него и решился.

- Много болтать действительно очень вредно, - поклонился я. - Благодарю. Клянусь честью, что буду служить достойно! И не болтать лишнего!

Глаза гасконца сощурились, пытливо в меня вглядываясь, затем он удовлетворённо кивнул.

- Хорошо, - сказал. - Можете идти.

Я поклонился и вышел.

Глава 9

Понятно, что никакой радости от своего зачисления я не испытывал. В голове мельтешила стая беспокойных мыслей. Но увидев друзей, с тревогой вглядывавшихся в моё озабоченное лицо, я сделал над собой усилие и изобразил улыбку.

Собравшиеся поаплодировали, но довольно жидко, мне уже после выхода Венсана показалось, что им не по нраву, что в роту записывают подобных юнцов.

- За тебя тоже капитан вступился? - с довольной улыбкой спросил Ланс, пожимая мне руку. - Граф не хотел принимать ни меня, ни Венса! Но капитан рекомендовал взять. Так и сказал - "рекомендую принять"! Тебя тоже?

- Ну... - протянул я неуверенно. - Да.

Вот я и начал врать друзьям. А сколько ещё вранья предстоит?

- Капитан де Кассен! Ну надо же! - продолжал Ланс.

- Служить под началом этого человека немалая честь! Вот повезло, так повезло! Венс – благодаря тебе, чёрт ты такой! И всё как задумано – вместе будем! Георг, надо нам Венса как-то отблагодарить!

- Как? - поинтересовался я.

И сам почувствовал, что прозвучало это чересчур отстранённо, вяло.

Отблагодарить.

Что делать теперь?

И если б не Венсан, кстати, то мы с гасконцем могли благополучно потеряться и не было бы сейчас этой проблемы. Весьма нешуточной проблемы.

Угрожающей теперь и моим беспечным друзьям. А виноват в этом только я! Моё замешательство сменилось раскаянием.

Я связал себя словом и рассказать друзьям ничего не мог. Но этого мало, нужно ещё и вести себя так, чтобы они ничего не заподозрили! Потому что гасконец наверняка почувствует неладное, может заметить по их поведению, а он теперь наверняка будет пристально следить не только за мной, но и за ними. Мне необходимо было вести себя совершенно естественно.