Трон Знания. Книга 2

И пусть с Эшем проверит охрану города.

— Хорошо, — с толикой удивления проговорила Малика.

Адэр провёл рукой перед лицом. Пальцы двоились, троились.

— Чем меня напоил Мебо?

— Самым лучшим лекарством.

Адэр закрыл глаза:

— Крикс приехал один?

— С ним четверо стражей.

— Скажешь, что утром я заберу их во дворец. Вилар тоже пойдёт со мной.

— Вы что-то нашли?

— Нашёл.

Малика долго молчала. Не вытерпела:

— Что?

— Ступай. Я хочу спать. — Адэр повернулся на бок.

Она укрыла его пледом и тихо вышла из комнаты.

~ 39 ~

Грот встретил торжественной тишиной. Адэр прошёл по Звёздной Дороге плечом к плечу с Виларом. Немного постоял в конце мостика. Притронулся к неподвижной воде. Дождался, пока истончатся взлетевшие к поверхности звёзды и на чёрном глубинном небе вновь засверкают россыпи светил. Миновал мраморный туннель и шагнул на горное плато, освещённое не по-осеннему ярким солнцем. Помедлил, пока к свету привыкнут глаза. Направился к лестнице, но вернулся к балюстраде на краю обрыва.

Вилар облокотился на перила:

— Ты плохо себя чувствуешь?

Адэр оторвал взгляд от плачущих чаек, посмотрел через плечо.

На ступенях выстроились стражи и защитники; Урбис с нестерпимо надменным видом стоял поодаль.

— Нет.

— Я же вижу.

— Я завидую тебе.

— Чему ты завидуешь?

— Ты можешь всё бросить и уехать. Ты можешь отказаться от кресла советника и смешаться с праздной толпой. А я не могу. Но самое страшное… — Адэр повернулся к морю и умолк.

Мысли смешались. Что самое страшное? То, что его затягивает эта страна? Что правление начинает ему нравиться? Он хочет узнать историю Грасс-Дэмора, раскрыть все тайны и мечтает дотянуться до каких-то непонятных высот.

Страшно, что куда-то исчезает презрение, и он начинает понимать людей. Что ещё его страшит? Он не хочет наказывать Эша, и даже неисправимый лгун Урбис успел стать частичкой его жизни. Что ещё? Он с нетерпением ждёт встречи с ветонским Советом, которому нужен не временный, а законный король.

Внутренний голос горестным хохотом отогнал все страхи и оставил один: он готов предать друга детства.

Готов растоптать его чувства. Вилар сам виноват. Не в том, что выступил на Совете Великого. Нет! Если бы Моган не хотел, никакая сила не забросила бы наследника престола Тезара в эту глушь. Вилар виноват в том, что позволил правителю возжелать его женщину.

Из раздумий вывел тихий голос:

— Что самое страшное?

Адэр натянуто улыбнулся:

— Я не могу всё оставить и самое страшное — уже не хочу.