Вечный сюжет. Часть вторая. Осада Трои

 

      «…у правителя Вилусы Алаксанду…»

    Хастияр надрезал ножом шкурку скумбрии и аккуратно разделал рыбу. Голова полетела прочь, к остальному мусору. Потом он вытер руки куском полотна, смоченном в горячей воде, и принялся есть рыбу, запивая её пивом. Эта была уже третья скумбрия за сегодня.

 Здесь, в приморской Вилусе, рыбе была обычной едой, а для столицы, удалённой от моря на много дней пути – редкостью. Потому Хастияр и не отказывал себе, проводя с пользой время в Трое.

 

 Пиво уже остыло. Хастияр потрогал глиняный сосуд, в который наливали пиво и отложил в сторону соломинку, только через неё и пили густое пиво. Да, успело остыть и стало невкусным. Надо позвать слугу, чтобы принёс горячих углей. Их складывали в плоскую глиняную чашу, а сверху ставили ещё одну, но более глубокую. Горячие угли не позволяли напитку остывать. 

 Не успел Хастияр позвать слуг, как в двери его покоев вошёл правитель Вилусы Алаксанду. Вообще, это Хастияр был гостем правителя троянцев, занимая лучшие комнаты во дворце.

Но Алаксанду всеми средствами старался оказать почтение посланнику Хаттусы. Ведь Вилуса была одним из множества полунезависимых царств, входящих в империю хеттов. 

 Алаксанду сел в кресло, рядом с Хастияром. Троянец почему-то печально поглядел на стол Хастияра. 

   - Да, - сказал Алаксанду, не скрывая тоски в голосе. – Вот как время летит, не успеешь оглянуться, как уже и старость пришла.

А, говорят, что в Египте есть искусные врачи, которые могут лечить множество недугов и возвращать молодость?

   - Египетские врачи на самом деле многое умеют, - ответил Хастияр. – Но, чтобы возвращать молодость – о таком я нигде не слышал. Только в вавилонских легендах о цветах бессмертия. Но это было давно, во времена героев, сейчас же о подобных вещах никто не знает. Хотя, было бы неплохо заполучить нечто подобное. 

   - Жаль, что времена героев прошли, - согласился с ним Алаксанду.

Хорошо бы и в наши дни нашёлся герой, подобный Гильгамешу, и принёс сюда цветы бессмертия. Да, - печально повторил Алаксанду, не отрывая взгляда от чаши с пивом. 

 Наконец-то Хастияр понял причины печали троянского правителя. Алаксанду был уже в преклонных годах и многие радости жизни стали для него недоступны. Пиво и копчёная рыба привели бы к неприятным последствиям, заставляющим вставать несколько раз посреди ночи.