Вечный сюжет. Часть вторая. Осада Трои

Хорошо, когда дома лежит множество нарядов. Не беда, что троянские женщины теперь не могут выйти из города и постирать бельё в реке. Ведь она может хоть каждый день менять платья и выглядеть пристойно. Зачем беречь платья, не надевая до праздников самое лучшее? В рабстве или в царстве мёртвых, Веллу они нам не пригодятся.

 Вскоре жители Трои осознали, что боги приготовили для них только смерть или рабство, иной судьбы не дано. А что же ещё они могли подумать, когда поняли, что им на помощь никто не придёт.

 

 Напрасно они смотрели на восток, вглядываясь в степь, выгоревшую под летним солнцем. День за днём, умирая на стенах родного города, они ждали. Но войско великого царя так и не пришло. 

 Когда истёк месяц с начала осады, стало ясно, что дальше надеяться бессмысленно. Все сроки прошли, и проигрыш ахейцам становился неизбежным. Их войско, хоть и сильно поредевшее, было всё ещё сильнее троянцев. Похоже, империя просто забыла о маленьком городе, занятая истинно великими делами, предоставив троянцев собственной судьбе.

 

 Осознание того, что их бросили на произвол судьбы, начало сказываться и на жизни Хастияра. Изменение отношения троянцев он почувствовал сразу. Теперь его уже не приветствовали прохожие, никто не пытался сказать что-то приятное.

 Наоборот. Казалось, жители Вилусы решили отпускать ехидные шутки в его адрес. Но срывать раздражение на Хастияре было бессмысленно. Он воевал наравне со здешними людьми.  Ведь хеттское войско от этого бы не появилось.

А самому посланнику придётся разделить судьбу жителей Трои, какой бы она не стала. Потому Хастияр старался не заводить лишних разговоров.

 Но куда же от них  укроешься, это невозможно в осаждённом городе. Хастияр прошёл мимо компании воинов, стараясь не заговаривать с ними. Он отвернулся к стене и начал рассматривать лагерь ахейцев, их корабли, вытащенные на берег.

 Но один из воинов тут же начал рассказывать, нарочно повысив голос:

   - А ещё в Хаттусе есть такой порядок.

Когда кому-нибудь из царских гвардейцев приспичит отойти по нужде, он должен оповестить о том своего десятника. А тот должен доложить сотнику, а тот – тысячнику. Начальник над тысячей воинов должен передать эту просьбу великому царю. Потом царь даёт разрешение, и его должны донести до воина его начальники. В общем, пока дождёшься царского приказа, можно обоср…

 Воин осёкся, вдруг замолчал, не смея продолжать.