Законы стаи

Я помню, как визжала и прыгала от восторга, как смеялась мама, радуясь моему счастью, как она говорила мне:

-- Мы с тобой, Мариночка, еще за зиму на ковер накопим! Будет у нас в квартире сплошная красота!

Пожалуй, тот самый ремонт и был для меня одним из самых ярких событий детства. Через год у мамы начались какие-то странные приступы недомогания, не помог даже летний санаторий, куда ей дали путевку от профсоюза. На очередном медосмотре ей поставили тот самый страшный диагноз.

Мама боролась долго, боясь оставить меня одну.

Она дожила даже до рождения Карины, которую я, восемнадцатилетняя дурища, принесла домой, что называется, в подоле. Она ни словом меня не попрекнула и помогала мне столько, насколько хватало ее сил…

Я передернула плечами – что-то навалились грустные воспоминания. Впрочем, следующие годы, когда мы остались с Кариной уже вдвоем, не казались мне, тогда еще молодой и полной сил, совсем уж беспросветными.

Были и маленькие радости, и удачные покупки, и девичьи секреты с дочерью.

Была даже робкая попытка «замужества», которая продержалась всего три недели. Услышав, как этот самый «муж» орет на шестилетнюю Каринку за разбитую чашку, я молча собрала ему чемодан.

Меня даже не задело, когда этот урод напоследок заявил, что взял меня с «прицепом», и мне стоило бы в ножки ему поклониться. Захлопнув за ним дверь, я только пообещала зареванной дочери поменять замок, а сейчас, чтобы отпраздновать свободу, предложила отправиться за тортиком.

В девяносто шестом, когда я родила Каринку, работы в городе не было от слова совсем.

У мамы была ремиссия и пенсия по инвалидности. Она подняла все старые связи и знакомства. И в результате, как только Карине исполнилось восемь месяцев, а у меня закончилось молоко, я попала на работу в лучший салон города, торгующий запчастями для автомобилей.

Это было сложное, но интересное время. Очень долго покупатели не могли привыкнуть к тому, что женщина разбирается в железках. Первое время у моих напарников зарплаты были чуть ли не на порядок больше – хозяин платил нам небольшой процент в конверте.

Разумеется, белая зарплата была обычной минималкой. В целом, Петр Семенович был неплохой дядька. Поговаривали, что из бывших бандюков, но мне, если честно, было наплевать на все сплетни.

Компьютеры в нашем салоне появились только через два года, а до этого приходилось держать в голове неимоверное количество информации. Спасала меня отличная память.

Кроме того, очень выручали женщины-водители.