Семена магии - 3

Так были утеряны знания о редких проявлениях силы и методиках по их использованию, а в последующие века даже упоминания о них стали восприниматься как нелепость, хотя, время от времени, и появлялась информация о необычных местах силы. Но к тому времени почти все фэридуны стали природными, что не позволяло в полной мере разобраться с такими аномалиями. Более того, иногда Совет возглавляли слишком острожные старцы, отдававшие распоряжения уничтожать неопознанные места силы.

Высшее духовенство, императоры и чиновники периодически пытались подчинить себе фэридунов, но Совет всеми силами старался сохранить хотя бы видимость независимости.

Впрочем, почти всегда фэридуны откликались на призывы о помощи и всеми силами старались показать свою лояльность всем государственным институтам.

Находящемуся у власти императору недавно пришла в голову идея использовать фэридунов в многовековом противостоянии с Ромейской империей, ну а Совет, как водится, пошёл навстречу этому желанию, видя в нём пользу и для себя.

Когда начнётся война? Это страшная тайна и никто не собирается распространяться даже об её возможности. Но то, что фэридуны-огневики периодически собираются где-то поблизости от столицы и проводят довольно продолжительное время в ущельях, известно.

Испытывает ли Кирс угрызения совести, что ей нашлось место в подобных планах Совета? Нет. Ещё никогда её жизнь не была так хороша, как сейчас. Продолжая она жить обычной жизнью в Тарсе, умерла бы никому не нужной старухой. Сейчас же, пусть и несколько вынужденно, перед ней открыты двери домов фарсской знати.

Даже в Роме или Византии у неё не было бы таких возможностей.

Это могло бы показаться странным, но общалась Кирс, в основном, с мужчинами. Их жёны не проявляли особой к ней симпатии, что и не очень-то и удивительно, если подумать хорошенько. С мужчинами-фэридунами её связывали общие интересы, ну а для женщин она, по-сути, оставалось иностранкой, принявшую местную религию. Никакие культурные связи или традиции с бывшей ромейкой их не объединяли.

Вот так и получилось, что, скажем так, подругами в столице Кирс не обзавелась, да и не очень-то и стремилась. О чём ей с ними разговаривать? О коврах или детских болезнях? Нет, не сейчас…

– Дорогая, – Суруш вошёл в покои жены, – у меня к тебе есть просьба.

– Я внимательно слушаю тебя, муж мой, – Кирс даже стало интересно, о чём начнёт говорить муженёк, от которого в последний месяц тянется почти неуловимый шлейф незнакомых женских духов.