Ярчуки

— Еще не сейчас, — успокоил Анчес. – Да и нам что за горе? Хозяйка велела запрягать. Отбудем восвояси, пока тут гляделки продерут. Чего столбом встал? Запрягай. Гляди, дождёшься вечера.

Хома сплюнул и поспешил на конюшню. Гнедко и Каурый смотрели с осуждением. Только взялся выводить коней, как во дворе заскрипел голос ведьмы. Хома осторожно выглянул и узрел, как кобельер схлопотал крепкого поддупника. Взвизгнул, закрутился волчком, держась за отшибленное место, будто его по заду драгоценным молотом угостили.

Ведьма поманила кучера.

— Так я запрягаю, вы ж сами изволили повелеть, — напомнил Хома, пятясь за дверь конюшни.

Прихватило за грудиной, выскочил во двор, но упрямо разогнулся:

— Чего меня валтузить? От то вообще недостойно. Я при деле…

— Оружье возьми, варвар полоумный, — Фиотия приподняла юбки и достала из-под одежды вполне знакомые пистоли. – Заряды сделал?

— А чего ж не сделать? Полноценные пули имеем. Хоть старого кабана зачаровывайте в демона, враз с копытов свалю.

Темя ожгло болью – Хома почуял, что его за волосы пригибают ниже. Фиотия едва слышно проскрипела в ухо:

— Ты пошто оружье проходимцам отдал?! Тебе для того пистолеты покупали? Коновал трусливый!

— Чего трусливый? – скрежетнул зубами гайдук, ощущая, что кожа с волосьями медленно, но неотвратимо отделяется от положенного места. – Приказ ваша светлость на пальбу по сердюкам давала? А? А пальнул бы сам, что вышло? Порубили бы нас, так?

Волосы отпустили.

— Вот и я говорю! Без команды, какое же сражение учинять? Мы люди верные, но подневольные. Скажут – биться, живота не пожалеем! А просто так, отчего нам самовольствовать?

— Или приказ отдавать оружье был? – спросила коварная баба. – Или кто сам тот ловкий манёвр удумал?

— Так я что? Мигнули бы, я бы двоих вмиг свалил. А может и троих.

— Этакий стрелок отличный? – поморщилась чёртова ведьма.

— Опыт есть, — сдержано признал Хома.

Казацкий рот сам собой захлопнулся, да так, что в затылке что-то хряцнуло. Хорошо, язык не откусил.

— Снаряжай пистолеты да держи наготове, — приказала хозяйка. – Уйти не успеваем. Здесь останемся – у Лаща хоть и навозные жуки за охрану, но всё ж вояки недурные. Сейчас ступайте с этим дурным шулером и панночку с любовного ложа заберите. Не в себе краля, негоже её с ясновельможным оставлять.