Без права на ошибку 2

— Скажи, как тебе всё время удаётся находить неприятности на свою голову? — укоризненно покачал головой маг. — Над тобой висит серьёзное проклятие, и среди нас вряд ли найдутся умельцы, которые смогут его снять. Боюсь, легче будет заставить колдуна, который его наложил, исправить содеянное.

— Этому проклятию сотни лет, — моя улыбка получилась грустной. — Не думаю, что тот, кто это сделал, ещё жив. Местный лорд крепости был уверен, что если я тоже окажусь под действием заклятия, то охотнее помогу ему избавиться от этой проблемы.

— Он тебя обманул, — глаза магистра гуляли по моему телу, всматриваясь во что-то видимое лишь ему. — Колдун сам наложил его на тебя. И оно не имеет ничего общего с проклятым замком. Вновь получить жизнь можно достаточно легко и одновременно сложно. Первое, как я уже сказал, это вернуться к магу и заставить снять проклятие. А второе... Его можно передать. Если найдётся доброволец, который согласится нести его вместо тебя. Но в любой момент маг может сделать так, что твоё обращение станет невозможным, и ты навсегда останешься мёртвым.

— Он дал мне три месяца... — тихо пробормотал я, думая, что навряд ли кто-то согласится добровольно стать нежитью. Хотя... Мне знаком один человек, мечтающий повелевать мёртвыми. Как только освобожусь, попробую поговорить с ним. Чует моё сердце, он согласится.

— Значит, время у нас есть, — кивнул маг. — Пойдём! Не будем заставлять герцога дожидаться.

Два стражника расступились, давая пройти. Хоннорат сам открыл дверь фургона и исчез в тёмном проёме.

Краем глаза я заметил заинтересованные взгляды, затем глубоко вздохнул и, слегка пригнувшись, шагнул вслед за магистром.

Внутри фургон оказался довольно просторным, не менее четырёх метров в ширину. Места здесь хватило на небольшой стол, сколоченный на скорую руку и прижатый к задней стене. Одного взгляда хватило, чтобы заметить на нём карту и знакомые фигурки на ней. Несколько кресел с мягкими подушками расположились у бортов. Было похоже, что их забрали из покоев Хоннората.

Так же как и шкуры, устилающие деревянный низ повозки. На стене висела потускневшая картина, изображавшая двоих воителей с воздетыми мечами. Был ещё стол поменьше, на котором разместились кувшины и кружки.

— Рад видеть тебя живым и... — начал Колгрим, завидев меня, но затем прервался и нахмурился. — Хмм... Значит, это тебе не понадобится, — он пододвинул к себе кружку с неизвестной жидкостью и залпом выпил. Снова взглянув на меня, он вздохнул.