Сага о Хродвальде. Железный Прилив

Хродвальд посмотрел на немного испуганное лицо Айвена, когда он подбежал чтобы помочь своему ярлу сесть поудобнее. Ещё одно оскорбление, кстати. Нарви например, даже не дернулся. Только кубок от ярла отставил, чтобы тот вино не разлил. Айвен нашёл какую-то шкуру, свернул её. Потом привалил Хродвальда к борту галеры так, чтобы он мог двигать правой рукой, но при этом удобно полулежать. И придвинул еду поближе.

- Опять тебе повезло - сказал Хродвальд глядя на Айвена, и прежде чем тот успел ответить, продолжил – и вино выпьешь, и про отца из первых рук узнаешь.

Так и быть расскажу.

Хродвальд глотнул вина, немного помолчал, и начал:

- Когда мне было двенадцать, был один бонд, тоже из рода Инглингов, как и мой дед, тот который Хродвальд Придурковатый И этот бонд поссорился с моим отцом. И решил, что похитив сына Снора, он сможет заманить его в западню.

Мой отец, Снор, тогда был просто молодым ярлом с десятком друзей, даже без драккара. За мной отец пришёл один, голым по пояс, только с щитом и топором. Таковы были условия бонда.

Он говорил, что хочет поединка. – Хродвальд прикрыл глаза, вспоминая. Ясное теплое утро, он стоит на деревянной стене стадира. Его держат за верёвку, которая одним концом стянута петлей на шее. Рядом тот бонд, с семьёй, смотрит на такого нескладного, мнущегося в нерешительности Снора, который явно боится приблизиться к усадьбе своего врага. Они смеялись, и кричали Снору ругательства, называли Придурковатым. А Хродвальд всё надеялся, что сейчас из леса выйдут друзья его отца, такие сильные, с топорами и щитами, и заберут его наконец обратно домой, к матери. Хродвальд повёл головой и потрогал старый шрам под подбородком, и продолжил:

- Отец пришёл и бросил вызов и своему врагу, и всем его сыновьям, с единственным условием. Биться по очереди. Но они только смеялись. Наконец бонд – Хродвальд забыл, а может и не знал никогда его имя - послал на Снора шесть своих сыновей, но отец не принял боя и побежал в лес - Хродвальд помнил чувство бессилия, страха и отчаяния, когда он смотрел в спину отца.

- Они долго не возвращались. Прошел день, и прошла ночь.

Ночью один из рабов забыл топор рядом с тем местом, где был привязан Хродвальд. У Хродвальда была возможность взять оружие, и он уже немного умел им пользоваться. Но на протяжении томительно долгих мгновений, он никак не мог решится. Он отчаянно пытался себя заставить, уговорить, но стена липкого страха обездвижила его руки. А потом трелл вспомнил о топоре, вернулся и забрал его.