Сага о Хродвальде. Железный Прилив

- Если ты не можешь сказать… То ты нарисуй! - в торговле с югом часто случалось так, что южанин говорил уж совсем не понятно. И тогда на помощь могли прийти рисунки. Под рукой правда не было ни песка, ни…

- Возьми уголь из очажной чаши! - привычно начал командовать Хродвальд - Айвен! Достань и принеси шкуру коровы! И разверни её!

На внутренней стороне шкуры можно было рисовать углем. Как только Клепп понял, что от него хочет Хродвальд, он снова заулыбался, и вооружившись несколькими кусками угля, радостно принялся за дело.

Остальные собрались за спиной Клеппа. Даже стоявший на рулевом весле Веслолицый, который редко проявлял любопытство, закрепил руль и подошел поближе.

Некоторое время Хродвальд ничего не понимал. А потом начал понимать, и ему пришлось сильно стараться чтобы не волю своим чувствам. Хродвальд тщательно сохранял на лице спокойное выражение, и только угрожающе зыркал, когда кто-то из его людей хотел заговорить. Ярл боялся, что это собьет Клеппу настрой. Наконец здоровяк закончил, в процессе перемазавшись в угле как малый ребенок.

Он встал с колен, и отступил на шаг, давая возможность остальным посмотреть.

- Это ведь карта? - осторожно начал Хродвальд, оглянувшись на остальных. Он подумал что люди на его драккаре на удивление полны выдержки. Никто даже не улыбался, рассматривая рисунок Клеппа с такими лицами, какими смотрят на утреннюю струю. Безучастными.

- Карта… - словно пробуя слово на вкус, повторил Клепп. И просиял лицом - Ну да, точно, это карта! Это то самое слово! Вот что я хотел сказать! Я не могу увидеть карту в своей голове! Видите, вот тут Фьорд Семи Битв, вот это Браггихольм, а вот сюда мы плавали…

- Эти червяки фьорды? - осторожно спросил Айвен.

- Кажется я понял. Вот это льдины? Так ты изобразил Льдистое Море? - с затаенным весельем спросил Веслолицый.

- Это так! - радостно кивнул Клепп, и стал показывать дальше - Вот это горы, вот это море.

- А это? - с самым серьезным видом ткнул в странные закорючки Хродвальд.

- Деревья. Но это… Для того чтобы отделить землю от воды…

Первым не выдержал Нарви.

До этого момента он молчал, боясь себя выдать, но тут вдруг согнулся, резко выдохнув, будто ему в брюхо с размаху ударили кулаком, а потом упал на колени и захохотал как ётун в грозовую ночь. Тут уж и остальные перестали держаться, и начали хохотать, как сумасшедшие. Хродвальд не смеялся так с тех пор, как старая Гунн упала в выгребную яму.

- Это дерево - стонал Нарви, тыча пальцем в “карту” Клеппа. Тот стоял молча.