Штрафная: книга вторая

- Я понял – вновь отозвался Тихон, и вновь сглотнул морщась от боли.

- Зайдем в часть, дальше я все сделаю сам – закончил инструктаж капитан – Просто не мешай мне.

- Товарищ капитан, я все еще не верю, что мой брат способен на такую подлость – прохрипел Макаров – Может вы ошиблись?

- Нет – коротко ответил особист – Просто верь мне. На этот раз, он тебя подставил, и по полной программе. Скорее всего это месть, за то, что ты натворил в прошлом. Ты все поймешь когда выберемся.

- Если выберемся… - снова вздохнул штрафник, потирая шею.

Среди кустарника, далеко позади них, блеснул отсвет оптического прицела. Татьяна все же согласилась использовать его.

Сибирячка ругалась, психовала, но в итоге поняла, что без оптики, просто не сможет ничем помочь в случае провала. И прямо сейчас, она наблюдала за ними через разметку на линзе.

Девушка видела как твердо и уверенно шагает вперед контрразведчик. И видела, как нервничает Тихон.

Штрафник то и дело поглаживал шею, раздирая все шире ворот грязной рубахи так, словно ему не хватало воздуха.

В блеске прожекторов, их силуэты были видны как на ладони.

Момент когда их заметит патруль, был только вопросом времени. И этот миг наступил.

Гитлеровские солдаты остановились, с любопытством глядя на приближавшуюся двойку. С легким гудением вспыхнул фонарь, ударив лучом в лица незваных гостей.

Оглядев лицо особиста и его погоны, патрульный довольно усмехнулся.

- Русиш комиссарен! Зер гуд! - одобрил эсэсовец.

Шагнув левее, патрульный фриц всмотрелся в лицо Тихона и разглядев кто перед ним, немедленно вытянулся по стойке смирно.

- Mein Führer! – вскинув руки к небу, в один голос поприветствовали штрафника, немецкие солдаты.

В ответ, лицо особиста исказила едва заметная кривая усмешка…

Тучи, которые еще с ночи ползли из-за горизонта, наконец накрыли небо над головами диверсантов тяжелой, свинцовой пеленой. Поначалу слабые капли дождя, быстро набрали вес и обрушились на землю тяжелыми длинными струями, размывая дорогу в грязь.

Из-за сумрака созданного непогодой, фонари и прожектора в оккупированном селе продолжали гореть.

Проводив взглядом офицера НКВД и подставного унтерштурмфюрера, патрульные эсэсовцы вернулись на свой маршрут.

Овчарки, которых вели на поводу немцы, продолжали растерянно оглядываться, искренне не понимая, почему то, что они видят, совершенно не совпадает с запахами.

Только Рыжий, бывший боевой пёс Вермахта бежавший рядом с Тихоном, не удивлялся ничему.