Штрафная: книга вторая

Федя, хмель которого давно улетучился, молча сидел на стуле, уткнув ствол винтовки в грудь пойманного диверсанта.

Брат Тихона все еще был в отключке. Он лишь иногда мычал, реагируя на громкие звуки рации или крики Сизого.

Глядя на связанного по рукам и ногам вражеского шпиона, Федор не переставал удивляться насколько сильно, тот похож на Тихона.

- Слушай, может ты ошибся? – наконец решившись, спросил он у вора – Сизый? Может Тихон это, а? Просто шкурой продажной оказался ну или…

- Это, не Тихон! – оборвал его вор, с презрением зарядив сапогом под бок диверсанта – Если я ошибся, век воли не видать.

Федор осекся, и пристально, но все же с сомнением поглядел на Сизого.

- Ты знаешь Иван, я тебя уважаю и твое мнение, да и другие ребята со мной согласятся, но… - пожал плечами Федя – Но с чего ты вообще взял, что это другой человек?

- Да вот хотя бы с этого – явно недовольный недоверием Феди, вор резко склонился к диверсанту, и вцепившись руками в его воротник, рванул ткань в стороны.

Пуговицы рубахи с треском отлетели, и глазам Федора предстала татуировка в виде завернутого креста с крыльями по бокам. Рисунок красовался под правой ключицей лазутчика.

- Вот ты скажи мне, Федя?! – с издевкой в голосе, блатной ткнул концом финки точно в крест, заставив пленного взвыть от боли – Скажи Федя? – не обратив внимания на вопли, повторил вопрос Сизый – Честный арестант, даже пусть и «покрасневший». Станет себе такие крылья петушиные набивать? Да еще и с крестом этим… поганым!

- Да успокойся! Что ты на меня-то кидаешься?! – чуть испугавшись гнева Сизого, отпрянул назад Федор, все еще не веря своим глазам – Понял я, что ж ты сразу не сказал? Ну дела… - покачал головой штрафник, переводя взгляд на татуировку лазутчика.

- А то что, на слово мне верить должен! – сказав это сквозь зубы, вор замахнулся и мощным ударом кулака, отправил немецкого диверсанта, назад в мир грез.

Дернувшись от полученного удара, подставной «Тихон» повалился на бок.

Упал он точно также как патрульный эсэсовец, которого огрела прикладом Татьяна, за много километров от этого блиндажа.

Девушка попыталась поймать обмякшего эсэсовца на руки, но солдат оказался тяжелым, и она вместе с ним повалилась на размытую дождем землю.

Холодный дождь

Выбравшись из под тяжелого тела гитлеровца, Таня вцепилась руками в ворот его шинели и волоком оттащила в ближайшие кусты.