Тайная Служба Империи

Не успел Юла сбежать по ступенькам крыльца, как из ближайшего сарая на перерез ему метнулись три быстрые фигуры. Но и британец также был не лыком шит. Одного он свалил ударом ноги в живот, второму вонзил нож в грудь, третьему собранными в щепоть пальцами раздробил гортань.

Теперь к него появился шанс добежать до деревьев, а там будет время и возможность активировать парочку артефактов-наколок и никакая ищейка его не сыщет.

Беглец находился в десяти шагах от спасительной кромки леса, когда перед ним заискрилось, нечто, напоминающее сверкающую в ярком свете солнечного морозного дня парящую в воздухе изморось.

Мириады мельчайших кристалликов вовсе не выглядели чем-то опасным, к тому же набравший скорость Гадеон при всем своем желании не успел бы притормозить. На полном ходу он врезался в радужный хоровод обманчиво невесомых льдинок, и в следующий момент буквально взорвался кровавым облаком. Висящая в воздухе «изморось» оказалась прочнее алмаза и несокрушимее скалы. Будто миллионами фрез она растерзала бедного Юлу на бесчисленное количество мельчайших кусочков. Повисев пару мгновений в воздухе, облако начало конденсироваться в более крупные капли, затем обрушилось кошмарным дождем, окрашивая землю и траву в характерный алый цвет.

Вскоре к месту гибели британского агента подошли его преследователи. Среди них был субтильной наружности неприметный мужчина, в повседневной одежде небогатого горожанина. Однако именно на него были направлены уважительные и даже слегка напуганные взгляды прочих членов банды.

- Мэтр, Хольман, - обратился к нему один из здоровяков, - это, конечно, не наше дело, но насколько мне помнится, нам приказали взять британца живьем.

На что мужчина лишь криво усмехнулся.

- Не волнуйся, Безз, несмотря на его гибель, договор об оплате ваших услуг остается без изменений. Я доволен тобой и твоими ребятами, так и доложи руководству Ложи.

- Благодарю, ваша магическая милость, - радостно заулыбался тот, кого назвали Беззом, и, переведя взгляд на залитую кровью траву, добавил: - Лихо вы его, господин Хольман.

Тот лишь улыбнулся и небрежно бросил:

- Таверну сжечь!

- Слушаюсь, ваша магическая милость.

Через четверть часа на месте «Лошадиной головы» бушевал яростный костер. Поджигателей полиция Медиолана так и не обнаружила.

[1] Жизнь, как пьеса в театре; важно не то, сколько она длится, а насколько хорошо сыграна (лат.