Последушка

Снова вокруг вели птички, летали комары, норовя его ужалить, пищали мыши, и ухала где-то недалеко только что проснувшаяся сова.

— Ну что, посмотрел? — прочирикал подлетевший к Иванко воробей.

— Посмотрел, — ответил молодой человек.

— Зря ты туда ходил, — прочирикал воробей, — зря. Не любит мать Земля, когда за Возмездием подглядывают.

— Ты что - ворона, чтобы каркать? — мужчина аж скривился, как от зубной боли, отмахиваясь от пичуги.

— Не ворона, но знаю, что говорю, — не унимался воробей, — очиститься тебе теперь надо.

— Сам знаю, не маленький, — пробурчал Иванко и двинулся к реке, провести обряд очищения.

***

— Матушка, благослови, — попросила игуменью в один из ничем не отличающихся от других дней Ульяна, — постриг хочу принять.

— Ишь чего удумала! — не на шутку рассердилась настоятельница, — не дури, девка! Ты ещё мира не видела! Зачем тебе себя в монастыре закрывать?

— Но в миру я лишняя, — упорно гнула свою линию девушка, — а так я послужу людям.

— Ты и в послушницах людям служишь, — твёрдо сказала настоятельница.

— Зачем поспешные решения принимать. Живи здесь, сколько нужно, только не губи свою жизнь. Не монашка ты. Мирская до кончиков ногтей.

— Матушка, но ведь вы сами, — попыталась перечить Ульяна.

— Не спорь! У меня не было выбора, а у тебя он есть. Не позволю! — и игуменья вышла из кабинета, давая понять, что разговор закончен.

***

Через день, после того, как отправили посыльного в город N, к спасённому Ульяной молодцу приехал старший брат.

— Фёдор, ты чего здесь бока належиваешь? — воскликнул он при виде раненого и добавил, оценивающе оглядев сестёр милосердия. — Хотя, я бы тоже не отказался здесь поваляться. Такие красавицы тебя окружают.

И мужчина подмигнул Ульяне, проходившей мимо, но та никак не среагировала.

— Да вот, Тимофей, какая неприятность со мной приключилась. Видишь, напали, чуть не убили, коней увели, — Фёдор начал рассказывать старшему брату о своих злоключениях. Но Тимофей вдруг его перебил.

— Брат, а что с девчонкой? — спросил он.

— Она даже не улыбнулась, когда я ей подмигнул! Или я растерял былую привлекательность, или тут все монашки скромные чересчур?

— Она слепая, брат, — ответил Фёдор, — это спасительница моя, Ульяна.

Глава 26.

— А эта? Тоже слепая? — спросил Тимофей, показывая на Акулину.

— А это помощница моей спасительницы, они меня вдвоём в лесу нашли, когда травы собирали, — ответил Фёдор, откровенно любуясь ладными движениями девушки.