Простая смертная-2

Его губы вновь мягко, почти невесомо, как крылья бабочки, прикоснулись к моему лбу.

Глава 8

Дети – это, конечно, счастье, но с тех пор, как они появляются в твоей жизни, ты перестаёшь принадлежать самому себе. Почти сразу, выскользнув из объятий Атайрона я вспомнила, что оставила сына. Одного. С драконами. И что возвращаться назад дело не быстрое, а с тех пор, как мы покинули моего крошку, прошло не менее двух часов, а он спал уже в полёте, наверняка выспался и… сердце отяжелело и превратилось в камень.

Я плохая, даже отвратительная мать.

– Нам нужно возвращаться, – напряжённым голосом сказала я.

– Конечно.

– Как можно быстрее.

– Естественно. Мы сделаем это максимально быстро.

Из вскинутой ладони Атайрона ударил пучок света и передо мной, прямо в стене, образовался очередной проход, в конце туннеля вполне натурально воссиял яркий свет. Схватив меня за руку, Атайрон повлёк меня в его направлении и не прошло и пяти минут, как мы вновь стояли на каменистом, продуваемом всеми ветрами, плато.

– Но?.. – с удивлением обернулась я на скалу, вновь ставшую едином монолитом, как только мы вышли из пещеры. – Как же так?.. Зачем тогда мы проделывали весь этот путь в прошлый раз?

– Затем, что без меня внутрь пещеры ты сможешь войти только одним путём.

Я хотела спросить… ещё о многом, но Атайрон мягко возразил:

– Нам лучше поспешить, если мы хотим покинуть Остров до того, как на него обрушится буря.

На язык снова просились слова, что лучше бы нам поспешить раньше. Но… я так и не нашла в себе силы произнести их. Конечно, наше воссоединение могло подождать другого места и часа, но, как по мне, идеальнее этой уединённой груды камней было не сыскать. То, что случилось здесь, принадлежит только мне и ему, и нет других свидетелей нашего союза, кроме темноты.

Я слышала, как горловым стрекотанием, словно гигантские кузнечики, переговариваются между собой драконы. И знала, что Ангэй проснулся, но он в безопасности.

Это была странная, если не сказать, жуткая, сюрреалистичная картина. Симпатичный маленький мальчик, бесстрашно стоящий в кругу огромных ящеров, весело смеющийся, тянущий к ним руки и драконы, такой величины, что к самому маленькому из них он свободно мог войти в пасть и прогуляться там, как в комнате, терпеливо подставляли клыкастые, увенчанные короной из острых шипов, морды к его маленьким ладошкам.