Орней. Книга I. Звезда Странника

С падением города открывался путь в центральные провинции, и галейским войскам не пришлось бы продираться в обход, сквозь заболоченные леса восточного Ноорна.

Под Аньеном ноорнцы одержали первую победу, вынудив неприятеля отступить. Ликование наполняло сердца, казалось — еще немного, и захватчики будут отброшены за пределы страны… Через две седмицы к галейцам, отступившим к самой границе Ноорна, подошло подкрепление — полк графа Даве, что означало новое наступление.

Атака началась на рассвете. Оденар, следящий в подзорную трубу за приближением пехоты, готовился отдать приказ, но слова вдруг замерли на губах, а пальцы стиснули латунный корпус: перед собой галейцы гнали ноорнских пленных.

Уловка врага? Но у людей не было никакого оружия. Он и без трубы уже хорошо различал бледные, искаженные ужасом лица и оборванные грязные мундиры. На принятие решения оставалась пара ударов сердца. Соладты, изготовившиеся стрелять, растеряно оглядывались на него, опуская мушкеты. Тогда, словно шагнув в бездну, он прорычал:

«Первый залп поверх голов! Вторая шеренга, приготовиться!»

Он надеялся, что хотя бы кому-то из пленных хватит ума упасть на землю в момент залпа.

И повезет не быть затоптанным. Так и вышло, и некоторым даже удалось добраться до своих. Но до сих пор ему во снах иногда виделся укор во взгляде умирающего солдата в ноорнском мундире.

…И они победили снова, и яростно преследовали отступавших, не щадя бросивших оружие и добивая раненых. После боя Оденар надрался почти до потери сознания.

Полог палатки был распахнут, на земляной пол падали отсветы костров. Слабый ветер доносил обрывки разговоров и радостные возгласы. А внутри палатки сержант Стерен молча подливал ему ячменной водки.

Новаторские методы Даве не нашли одобрения у короля Гаспара, тем более, что среди погибших пленных оказались знатные ноорнские дворяне. Он прилюдно осудил действия графа, назвав их несовместимыми с честью, и даже заключил того под домашний арест. Однако для Ноорна это мало что меняло.

За четыре года Оденар научился пропускать мимо души кровь и грязь. Принимать неумолимость рока, когда удача сопутствует вовсе не благородству и доблести, а хитрости и жестокости. Чувства притупились, а смерть стала обыденностью.

Но сьера Ивэн — как она вынесла тяготы походов и сражений? Как столько времени ухитрялась выдавать себя за мужчину? Хотя в военной неразберихе и при большом скоплении людей трудно ожидать от них пристального внимания друг к другу.