Орней. Книга I. Звезда Странника

И знала, что ей нужно сделать. Как бы невзначай она положила левую руку на колено. Страха не было, страх остался где-то на Краннском поле. Один из галейцев подъехал вплотную и протянул руку, чтобы принять у нее оружие. Ивэн улыбнулась ему почти ласково и разжала пальцы, позволяя сабле упасть на землю. И одновременно выхватила из седельной кобуры второй пистолет, наводя его на принца.

На лице Лодо только начало проступать изумление, а перед ней, как из под земли, возник человек вчерном. И в груди вспыхнуло злое, жгучее солнце.

***

Вдоль ручья метались лошади, потерявшие седоков. Оденар прикинул число врагов — их все еще оставалось слишком много. Принц, в сопровождении одного из своих людей в черной облегающей одежде, то ли советника, то ли телохранителя, наблюдал за схваткой с безопасного расстояния.

Оденар отогнал от себя мысли о судьбе сьеры Ивэн. Не время. И все-таки, «Молнии» погибли не зря, дав возможность остальным добраться до храма. И немало тел в серых мундирах лежало на противоположном берегу; к ним прибавились те, кто сгоряча сунулись к храму.

Склон не позволил взять нужный разгон, и первая атака дорого обошлась галейцам, Среди мушкетеров тоже было не меньше десяти убитых и столько же раненых. Галейцы, поняв, что с наскоку храм не взять, изменили тактику. Они рассчитывали вымотать осажденных; часть осталась обстреливать развалины, а часть спешилась, готовясь идти на штурм. Пули вновь защелкали по древним стенам.

— Экономить заряды! — приказал Оденар.

Сжимая в руках мушкет, он выглянул в узкое окно апсиды и тут же отпрянул — пуля выщербила камень в пальце от его головы.

Но он успел увидеть, что гвардейцы, пригибаясь, все ближе придвигаются к храму.

И в этот миг раздался протяжный скрежет, стены содрогнулись и, спустя миг, начали рушиться. Оденару едва удалось откатиться в сторону от каменной глыбы, чуть не придавившей ему ноги. Грохот и треск заглушили вопли людей. Взметнулась каменное крошево вперемешку с листьями и сломанными ветками, затем все стихло.

Оденар закашлялся от лезущей в рот и нос пыли и встряхнул гудящей головой. Оглядевшись, он увидел, что обвалились апсида и большая часть западной стены.

— Стерен, — позвал он, — Жано!

Мушкетеры зашевелились; они с кряхтением помогали друг другу выбраться из-под завалов, отряхивали одежду,

— Жив... — прохрипел сержант. — А Жано не повезло... И Лардену.

— Остальные?

— Нога.. — просипел кто-то в дальнем от Оденара углу.

— Заживет нога, Реми, — проворчал сержант.