Свита падших богов: путь в Тир

Во-первых, говорит, тот обещал в случае чего вернуться и узел надвое порвать.

– Прямо так и сказал?

– Ага. И потом – скрытый он. Полностью скрытый. Пришел, ушел – ни звука, ни запаха. Непонятно, откуда и как питается.

Митра глубоко задумался.

– Узел надвое порву, – тихо повторил он. – Очень и очень любопытно. Сможешь смотаться туда?

– Зачем?

– Пошарь по окрестностям. Если такой дух там был, он мог не только твоего знакомца обидеть. Походи, послушай.

Галга важно кивнул, взлетел и исчез в стене храма.

К Митре подошел осел, на этот раз он ничего не стал выплевывать, аккуратно положил прямо в ладонь несколько обработаных зубами камешков.

Митра принял их, внимательно рассмотрел каждый. Потом осторожно расставил их в соответствии с новой схемой.

Осел быстро-быстро закивал. Митра снова набрал пыли и швырнул ее. На мгновенье перед ними встала почти идеальная, парящая в небе полусфера. Осел шумно затряс головой.

– Митреум, – выдохнул Митра.

Он осторожно собрал камешки и высыпал их в маленький мешок.

Глава 12. Тир

Путешествие в компании Чеснаба оказалось делом приятным. Он отлично знал все тропы, умел предсказать погоду, выбрать место для привала, знал, когда подбодрить, когда похвалить, а когда промолчать. Папсуккаль тоже не донимал Азрика, так что в предместья Тира он вступил в отличном настроении. Он впервые был в таком большом городе и только успевал вертеть головой по сторонам – роскошные, утопающие в садах виллы, огромные дома и еще более огромные храмы, башни и дворцы, и, наконец, море, которое он увидел впервые в жизни.

Он был болен новыми впечатлениями. Чеснаб лишь посмеивался его восторгу, широко шагая рядом и многословно отвечая на все его вопросы – ловец губок был неистощимым кладезем знаний. Средства у них были, так как Чеснаб продал дом своих родителей, да и у Азрика еще кое-что оставалось в карманах, даже если не считать второго золотого медальона, к тому же, у него был арнум, который, как уверял Папс, стоил куда больше.Так что будущее виделось в розовом свете.

Папсуккаль не разделял восторга мальчика. На Тир он глянул одним глазом и заявил, что тот пришел в очевидный упадок, а потом просто ушел в себя – так Азрик называл его исчезновения. Шнырял ли он в это время по окрестностям или отлеживался в статуэтке, мальчик не знал и знать не хотел. Он до сих пор не очень-то доверял Папсу и старался держаться подальше от храмов.

Узкие улочки сменялись площадями, на одной из которых – вот диво дивное – был фонтан.