Свита падших богов: путь в Тир

Голова была похожа на крысиную, ноги были позаимствованы у козы или овцы, длинный хвост – у осла. Тело – наполовину покрытое шерстью, наполовину голое и даже прикрытое какими-то ошметками одежды. Азрика замутило.

– Да уж, – прервал молчание Папсуккаль. – Никогда такого не видел. Химера, порожденная внезапным слиянием и прерыванием потоков…

– Чего?

– Ничего.

– Что это?

– Это? Хмм… помнишь старика, с которым я беседовал в храме у постоялого двора?

– Да.

– Вот это существо когда-то было кем-то вроде него. Смотрителем алтаря.

Выглядел он тогда, я так думаю, гораздо лучше.

– А что с ним случилось?

– Хорошо бы это выяснить… Похоже на то, что когда алтарь взорвался, все протекавшие через него потоки враз перепутались и обратились.

– Чего-чего?

– Не обращай внимания. Я просто рассуждаю вслух. Дурацкая привычка, а тебе все равно не понять.

Азрик обиделся, но все равно слушал во все уши.

– То есть в какой-то момент возникло сплетение колец и узлов, а потом потоки вернулись, так как их адресат исчез.

Вернулись и запечатали это сплетение в таком вот виде.Нежизнеспособном, надо сказать – жить этому бедняге осталось недолго. И ведь не спросишь, что с ним случилось. Тьфу…

Папсуккаль протянул руку, воткнул ее прямо в тело существа. То дернулось, засучило ногами. Папсуккаль, ругаясь вполголоса, что-то нашаривал внутри, наконец вытащил трясущийся комок. За ним тянулись клейкие нити. Азрик, чувствуя, что его ужин готов покинуть желудок, поспешно отвернулся. Так и стоял, вперившись в темноту, пока окончательно не затихло чавканье, и лишь потом посмотрел на своего спутника.

Папс был весь заляпан какой-то жидкостью. Лицо перемазано, в бороде застряли ошметки, рубаха вся в пятнах. Он рыгнул, прикрыв рот ладонью.

– Возвращаемся, – будничным тоном сказал он.

На обратной дороге проблем не возникло, и вернулись они быстро. Азрик забрался на крышу по уже знакомому пути. Папсуккаль все это время маячил поблизости. Слава богу, он привел себя в порядок – каким образом, Азрик не заметил, да и не имел особого желания выяснять это.

На крыше Азрик юркнул под одеяло, Папс сидел неподалеку – в статуэтку он возвращаться не стал, видимо, переваривал информацию, взятую из несчастной химеры у разрушенного храма. О чем-то размышлял.

Разбудил он Азрика ни свет ни заря. Впрочем, Энимилки встал еще раньше – Азрик видел, как он отправлялся вместе с Зумой и еще парой крепких слуг. В доме остался только мальчик и два старых раба – Зеб и Гурр.