Самый большой алмаз

– Мани дал мне силы, и я обязана применять их в помощь своим солдатам.

Сказано это было мной с жутким пафосом, но эти люди привыкли к цветастым фразам. С недоумением они смотрели, как я повернула пожалованного на время коня и, распустив волосы, направилась прямо к самому бою. Дост Мухаммед не стерпел и приказал ближникам следовать за ним, а сам пристроился рядом.

– Ты безумна, дева, – сказал он. – Аллах совсем лишил тебя разума.

– Ты боишься, будущий хан? – весело спросила я.

Он не стал сразу отвечать, но все же нехотя признал:

– Глуп тот, кто не боится ничего.

Случайная пуля, стрела или подлый удар…

Вдруг понятная речь прервалась, и я услышала только гортанный язык. Обернулась и поняла, что губернский секретарь Ситников, бледный как мел, вцепился в холку своего скакуна и с ужасом смотрит на происходящее кровопролитие. Да, сейчас его никакими посулами или угрозами не сдвинешь. Толмач-манихей струсил, но кто бы ожидал от него иного. Дост Мухаммед и сам понял произошедшее и заливисто расхохотался.

Он держался одной рукой за повод, другой за живот и смеялся так, что слезы потекли из глаз. И его люди, и я, и охранники мои с сопровождающими гусарами тоже заливались, показывая пальцами на перепуганного чиновника.

– Великий хан говорит, что пойдет за Белой Ведьмой куда угодно теперь, – сказал переводчик-кызылбаши. – Негоже ему трусить больше, чем этот смешной человек.

И с новым взрывом хохота вся наша компания приблизилась к позициям копорцев. Подполковник Юлиус такому веселому подкреплению не обрадовался.

– Графиня Болкошина, извольте объясниться, что Вы тут делаете, да еще и с союзным правителем? – прошипел он.

– Хочу посмотреть на это озеро, – легкомысленно показала я себе за спину, – вон с той стены. Вид, должно быть, прекрасный!

– Здесь умирают мои люди, а Вы изволите шутить?!

От лица подполковника можно было бы прикруивать трубки сейчас, он был взбешен, и в чем-то его понять было можно. Тимофей подал коня вперед, чтобы в случае опасных действий сего господина успеть смять его, но я спрыгнула на землю и сама подошла к Юлиусу.

– Вот затем, Ваше высокоблагородие, я тут, чтобы Ваши люди умирали меньше. Они мне будут нужны дальше, вот там! За этим чертовым озером и дальше на юг! Не смейте мне перечить! С каждым Вашим словом погибает все больше хороших солдат, и я надеюсь успеть спасти их, как можно больше!

И развернулась на одних каблуках. На ходу вытащила револьвер, проверила заряды, от чего Свет задрожал внутри, требуя выхода.