Самый большой алмаз

Если обороняющимся дать залп с большой дистанции, то попаданий будет мало, а противник имеет пули в стволах. Он подойдет ближе, пока враг заряжается, и выстрелит более метко. Но если обороняющийся ждет момента повернее, то атакующий может остановиться и успеть первым на выстрел.

– А если одновременно?

– То, как Бог рассудит. Однако у атакующего будет преимущество в воле, ведь это он идет, уже настроен на смерть и атаку. И тогда барабаны застучат боевой темп – сто двадцать шагов в минуту. Не бегом, чтобы строй не сломать, но быстро.

На таком расстоянии это очень пугает. А можно атакующему и не переходить в штыковую. Дошли, встали и устроили перестрелку.

– Пока кто-то не убьет всех врагов?

– Нет, Александра Платоновна, – рассмеялся Ланжерон, – пока кто-то не побежит в панике.

– А зачем тогда Вам колонны?

– А это резерв и последний удар, смертельный. Если линии схлестнутся, то будет время пойти и колоннам. Если такая до линии доходит, она ее прорывает всегда, и тогда начинается избиение. У Гостингса нет шансов совсем.

– Но он дал бой. Смелый.

– Глупый, – отрезал Александр Федорович. – Ему было предложено сдаться, и вариантов отступить у полковника не было уже. Условия были в такой ситуации отличные, но он предпочел бессмысленную бойню.

– То есть, если бы было наоборот сейчас, то Вы бы сдались?

– А вот я бы дрался до конца, графиня. Нам никто почетного плена не предложит, нам неоткуда взять подкреплений. А слову Компании я не поверю точно.

Потом подумал и добавил:

– И я не оказался бы в такой ситуации настолько глупо.

Войны выигрываются не на поле боя, Александра Платоновна, а на маневре. Получить возможность навязать сражение там, где тебе выгодно. У нас сегодня получилось, и это не удача, а добрая наша работа.

В звуках пушечных выстрелов вдруг появились новые ноты: злое гудение шмелей. Это полковник Петров зарядил дальнюю картечь. Солдаты в красном падали теперь десятками, вот только места убитых и раненых занимали их товарищи, линии перестраивались, сжимаясь по фронту.

Когда до русских позиций англичанам осталось совсем немного, послышался свист картечи ближней. Картина разрываемых тел не была для меня новой, однако все так же вызывала оторопь.

Наши плутонги на флангах тоже сдвинулись с места, пока еще без выстрелов они начали охватывать атакующую линию огромной подковой. Скорострельщики забежали еще дальше, а там, где британцы стояли изначально, вздыбились клубы порохового дыма: началось дело и для кавалерии.