Золотой Дракон

Когда-то она даже не мечтала издалека увидеть Императора, зная, что это невозможно, а теперь стояла рядом. Этот момент запомнится ей на долгие годы. Бросив взгляд на генерала Ванг Ши, Цзиньлун сделала глубокий вдох и перевела все внимание на Императора. Она поклонилась, вновь обдумала то, что хотела сказать и опустив взгляд тихо произнесла:

— Мне бы хотелось просить вас о... — она работала мгновение замолчала, понимая, что говорит это не кому-то, а Императору. — Я потеряла очень многое... Я потеряла то, что обрела, пусть и не на долгое время, но я ценила то.

Мне очень сложно просить вас о чем-то...

Император по-доброму рассмеялся, бросив взгляд на генерала Ванг Ши, затем кивнул, давая девушке возможность продолжать. Цзиньлун шумно втянула воздух. Она не знала как правильно попросить, чтобы просьба не показалась слишком оскорбительной. Единственное, что заставляло девушку говорить – память. Память о мастерах, которые не дали ей усомниться в своих силах, которые научили ее всему, во что не верил отец.

Слеза стекла по ее щеке, стоило ей вспомнить последние слова мастера Луна. Это не утаилось от Императора. Он будто бы понял, что просьба будет непростой, но значимой.

— Все мы обязаны тебе жизнями, проси все, что захочешь! — проговорил Император, все также по-доброму улыбаясь.

— Черный Дракон... разрушил Священное место. Он разрушил Храм и все, что было связано с вершиной. Если вы посчитаете, что это место действительно считается особенным для Поднебесной, то вы не откажете в моей просьбе.

Для меня это место стало домом... настоящим... где меня ценили и уважали. Где меня научили верить в себя... где были мои друзья, которых я... не вижу здесь и... — взгляд девушки уловил в толпе несколько знакомых фигур.

— Я сегодня же распоряжусь, чтобы люди приступили к восстановлению Храма.

Цзиньлун вновь поклонилась Императору, после чего бросила взгляд на площадь, ища тех, кого приметила, но их словно и не было. Она искала те несколько фигур. Их не было, отчего в груди неприятно заныло.

И о чем она вообще думала? Это невозможно. Никто не может восстать из мертвых. Император вновь обращался к народу. Они громко соглашались с ним, но Цзиньлун хотелось скорее покинуть это место, вернуться на вершину и отдохнуть. Теперь она прекрасно понимала почему многие монахи были неразговорчивы. Они ценили тишину, наслаждаясь ей.

— Император?! — тихий голос генерала Ванг Ши заставил Цзиньлун поднять взгляд на него и прислушаться.