Исполнитель желаний

Знают: Пахому все равно донесут, а он так накажет, до смерти помнить будешь, если, конечно, эта смерть сразу не случится… Считаю, вряд ли, кто-то из пахомовцев самовольно на такое пошел бы.

Они сидели за деревянным столом позади застекленной веранды.

Улица отсюда была не видна.

Вокруг, куда ни глянь, – только налитая хлорофиллом листва. Со всех сторон беседку окружали поселковые сады и огороды. Они уходили вдаль, казалось, до самого горизонта. Мирно пахло укропом и помидорными кустами.

Гигантская синяя линза сибирского неба истекала теплом и светом.

Сознание отказывалось верить, что где-то рядом существуют многоэтажные бетонные коробки, людные улицы и круглосуточно гудящая моторами федеральная трасса. Конечно, нет. Все это – лишь сон. А реальность – бескрайний зеленый мир. Солнце, золотящее своими предвечерними лучами чисто выскобленную столешницу. Белая тарелка с кремовыми пластиками сала и черным хлебом.

В этом теплом мире никто не крадет по ночам сейф из дома профессора– пенсионера.

Не существует темной охранной фирмы «Сибирский щит». И нет старых рецидивистов, от которых не знаешь, чего и ожидать.

Но – увы! – сознание обманывало. Все это имелось на свете.

Майор Мимикьянов внутренне погрозил своему сознанию и поднялся из-за стола. Он поблагодарил хозяев за угощение и отправился дальше, вглубь поселка.

5. Странная вещица

Постепенно приближалось время ужина.

Из окон и дворов доносились аппетитные запахи жареного лука и картошки.

По мере того, как майор продвигался к дальнему концу поселка, дома становились ниже, а окружающие их деревья – выше. Под могучими кронами прятались покатые железные крыши и слуховые окна чердаков. Новые коттеджи остались за спиной. Тут располагалась старая, возведенная полвека назад часть поселка. В ней и жил профессор Вулканов.

Здесь находилось и длинное деревянное здание с двумя парадными входами. Один из них вел в продуктовый магазин, а второй – в местное кафе «Наука».

Когда-то среди жителей областного центра его посещение считалось чрезвычайно престижным.

Ну, где еще можно было оказаться за соседним столиком с настоящим академиком или театральной примой? А потом в разговоре ненароком упомянуть: «Сидели мы как-то с академиком Федоровским в «Науке», я ему и говорю: «Ничего-то современная наука не знает, а он только сидит, головой кивает. Понятно, возразить-то ему нечего!…».