Школа прошлой жизни

Проснись.

— М-м, Стеффи, — простонала она. — Что, опять кто-то умер?

У нее было специфическое чувство юмора для преподавателя, выпускницы Высшей Женской Школы и маркизы. Я временами недоумевала, что Нэн забыла в этой глуши. Единственная наследница маркиза Крэйга и обладательница огромного состояния, из которого, впрочем, ни гроша не было потрачено на нужды Школы.

— Пока нет, но кто сказал, что это не случится под утро.

Нэн открыла глаза. Посмотрела на меня, не поднимая головы, потом убрала с лица непослушную темную прядь.

— Арчи перебрал? Или на лестнице снова потоп?

— И то, и другое. — Нэн умела поднять настроение. — Но все хуже, и не гадай. У нас в Школе мужчина, молодой, красивый, обаятельный. Нет-нет, лежи-лежи… Это новый директор, и Сущие с его красотой. Он ничего не знает о Школе, говорит, что чиновник, утверждает, что он не ученый маг. Ты лучше меня знаешь, что здесь не так, поэтому — рассказывай.

Глава 4

— Су-ущие, — опять простонала Нэн и все-таки села, подтянув на себя одеяло. — Молодой? Это уже очень странно.

— У него назначение из обоих Советов, и оно выглядит подлинным.

— Тут тебе, конечно, видней, — признала Нэн. Потом она растрепала рукой волосы, потянулась. — Раз подлинное, зачем ты меня разбудила?

— Он подозрителен.

Нэн вздохнула, посмотрела на меня. В темноте ее глаза мерцали, только что не светились, а выражение лица говорило о том, что она не настолько удивлена, как я ожидала. И Нэн ждала подробностей.

— Нэн, он… — Как это объяснить? — Он вызывает желание с ним откровенничать.

Нэн в ответ на это захныкала и с размаху упала обратно на подушки.

— Стефани, — умоляюще произнесла она, — не начинай повторять ерунду за газетчиками. Никакая магия не позволяет влиять на разум другого человека. Тебя смущает то, что он красив? Я оценю его завтра, м-м… — Она усмехнулась. — Или то, что он ничего не удосужился узнать о Школе? Что он пренебрег своими обязанностями? Так скажи, как много преподавателей хорошо ведут свой предмет?

Теперь вздохнула уже я. Нэн затронула скользкую тему, и пусть она могла спокойно говорить со мной, не опасаясь, что я передам кому-то детали, и также не опасаясь, что ее выгонят за недоверие ко всему преподавательскому составу, я настолько раскрываться была не готова.

Да, преподаватели — выпускницы Высшей Женской Школы. Они преподавали так или иначе лекарское дело, не будучи сами ни лекарницами, ни врачами. Все попали сюда разными путями, и я опять задумалась, почему в Школе оказалась сама Нэн.