К студеному морю.

-И это, по-твоему, знак богов?- недоверчиво спросил он, кивнув на венда с мальчишкой.

Ярл остановился рядом с кормчим, оглянулся.

-Ты не зришь вглубь, мой друг. Посеянное сегодня зерно даст весьма богатый урожай,- вымолвил Оттар, прищурив глаза.

Варяжко склонился к отроку. Заглянул в голубые глаза

-Здесь наши дороги расходятся,- тихо сказал он, чувствуя как тяжело ему дается это расставание.- У тебя начинается новая жизнь. Да и мне непристало бегать. Запомни, эти земли твои. Когда будешь готов, вернись и забери их.

«Ничего справится».- Решил Варяжко, не заметив в движениях княжича робости.

Драккар отчалил. Стоявший на корме Олег с грустью смотрел на удаляющийся берег. Туда, где за пеленой серого дождя на берегу стоял  одинокий силуэт верного воина Ярополка. Он не знал, вернется ли когда-нибудь на родину, и от тоски, стараясь не показывать урманам слез закусил до боли губу.

Варяжко проводил взглядом растворившийся в серой мороси корабль северян.

За спиной предательски хрустнула сломанная ветка. Варяжко оглянулся. Из темноты промокшего леса на берег вышел хазарин. Позади него, словно тени проявились силуэты трех древлян.

-Что не бежишь?- спросил Сагат, поигрывая в руке топориком.

-Устал бегать, - ответил Варяжко, остриё его меча оставило на земле черту. Широкая ладонь сжала рукоять меча. Недобро улыбнувшись, он ждал приближение загонщиков, готовясь в бою.

***

Первые лучи солнца коснулись вершин деревьев. Заиграло на листве, в каплях прошедшего дождя миллионом серебристых звезд. Крик черного ворона кружившегося над поляной, разорвал тишину. Медленно спускаясь, птица настороженно вглядывалась туда, где в измятой серой траве, раскинув руки, лежали изрубленные в жестокой сече тела трех древлян и хазарина. Чуть в стороне, опираясь на могучую крону дуба, сидел вельх, уставившись на реку застывшим взглядом.

***

Поздней осенью северное море беспокойно. Сильные ветра рвут паруса беззащитного судна, а высокие волны норовят опрокинуть его или перемахнуть через борт, где укутавшиеся в шкуры люди уже который час черпают ледяную воду всем, что попадется под руку. Стоявший на корме ярл, подставив лицо ветру, всматривался в горизонт до боли в глазах. Туда, где за пеленой шторма на родном берегу узкого фьерда его ждала жена.