Бойся сарматской стрелы

Бойся сарматской стрелы

Алексей Романенко

Бойся сарматской стрелы

В вечерних сумерках таяли вдали смутные очертания Карпат. Центурий Марк Леонтий расположил свой отряд на ночлег вблизи дубравы. Могучие деревья, словно стены, защищали от диких варваров, чьи угодья – степь – начинались сразу за холмами.

– Поверь мне, Квинт, сарматы привыкли биться на открытой местности, – говорил триарий Авдикий молодому гастату у одного из костров. – Лес – наша крепость против них.

– Но Авдикий, мы же не будем прятаться как зайцы от каких-то дикарей.

Мы дадим им бой!

– Дадим, обязательно дадим. Но недооценивать их не стоит. 

Костры горели тут и там. Центурия не скрывалась. Разведчики сообщили, что передовой отряд сарматов ещё только в двух днях пути. Битва будет, но не завтра. И уж точно не сегодня.

После долгого дневного перехода пехотинцы отдыхали у огня. Шли неторопливые беседы. Кто-то вспоминал свой виноградник, что выходил одним краем к побережью Адриатики. Другой рассказывал о своих приключениях во время прошлого похода на кельтов.

Его слушали не очень внимательно – их легион недавно вернулся из негостеприимной Британии, и у каждого была в запасе своя история с этой экспедиции.

Для новобранца Квинта грядущая битва должна стать первой, и биться он будет в первом ряду, как и все молодые воины-гастаты. Поэтому он, хоть и стараясь не показывать тревогу, с любопытством расспрашивал обо всём Авдикия. Ветеран многих сражений, он почему-то привязался к этому мальчишке, и как мог, помогал ему. Не навязчиво, чтобы не уязвить гордость будущего славного легионера, каким Квинт, конечно, станет.

– Любой враг, ­– говорил Авдикий, – имеет свою черту. Даки – хитры, пуны – изобретательны, венеды – неутомимы в ярости. А сарматы… Сарматы – лихие наездники и меткие стрелки. И они не знают пощады. Когда бились за Мезию, они окружили две когорты. Кого не пристрелили, тех затоптали конями. Мой отец, слава ему в веках,  остался на том поле.

От соседнего костра, устав от походных баек, к Авдикию и Квинту повернулся принцип Домнин.

Он с интересом прислушался к их разговору.

– И поэтому, – продолжал Авдикий, – если перевес будет на их стороне, я не вижу ничего постыдного в том, чтобы укрыться в дубраве. Не убежать, Квинт, не спрятаться, а именно укрыться.

– Да, наверное, ты прав, но…

Квинт не успел договорить, как в разговор вмешался Домнин.

– Я слышал, почтенные, что сарматы готовят нам какой-то неприятный подарок.

– О чём ты? – недовольно уточнил Авдикий.