Не оставляющий следов: Исправление имен

Ты разве не встречался с бабайкой? – Не знаю, почему-то вдруг вспомнил, как после нянькиных сказок в моем детстве серенький волчок и бабайка попеременно бдили во тьме под кроватью, отчаянно соперничая за это право.

– Какой бабайка?! Ты что, не понимаешь, что я был на волосок от гибели? Все в этом демоновом караване могли сбежать и укрыться в горах, а я не имел права бросить папенькино барахло. Сложил бы буйну голову за тряпки и побрякушки.

– Там еще, – продолжал веселиться я, – морские свинки были, правда, уже немного потрепанные, – шутка вышла даже более неуклюжей, чем намек на бабайку, поэтому, встретив отчаянный взгляд Конирайи, заговорил серьезно.

– Мы все были на волосок, убежать никому бы не дали. Только кто-то шел навстречу опасности с гордо поднятой головой, а кто-то трясся, как овечий хвост, под кибиткой.

– Зато я сочинил оду о тех, кто ходит с гордо поднятой головой, – мстительно бросил поэт. – В прошлом сезоне она даже стала популярна при дворе. Вы сдохнете, но будете вечно жить в моих стихах!

– Рад был послужить источником вдохновения.

– И еще я написал жалобу Тулипало, – Туркис снова отпил из чаши.

– И что они ответили тебе? – как можно более ехидно спросил, набулькав еще немного вина. Терпкое, с изюмными нотками зимнего винограда… слишком крепкое для бессонной ночи.

– Прислали отписку, что знать не знают, кто там на торговом тракте пошаливает. Их солдаты, типа, все в казармах спят. Но я ж не слепой! – горячился поэт. – Если бы вы не дали сбежать их главарю, они бы все у меня…

– Не надо, Конирайя, – я пожалел его за вновь переживаемый страх.

– Ничего бы не вышло, над тобой бы только посмеялись: эти ребята для Тулипало мертвы. Была у них причина выйти на дорогу, показавшаяся нам с учителем уважительной.

– Их, разбойников, тебе стало жалко, а меня?

– Ты, помнится, тоже не проронил и слезинки над погибшими с караваном людьми.

– А о чем горевать? Это просто цифры в отчетах Торговых домов, сотней больше, сотней меньше – стаси… стистическая погрешность.

А наследник Туркисов у империи один! И его статусу был нанесен неспомни… невоспомни… невос-пол-ни-мый урон, – Конирайя икнул. Вино оказалось слишком крепким и для него. – Я ведь тебя хотел найти. Приметы Торговым домам. Заказ на твою голову Пиккья. Они отказали без слов. Обиделись, что их охранников разбойнички положили? Так те сами виноваты. Не защитили.

– Нормально они защищали. Но регулярные войска – это регулярные войска, а не охранники-одиночки.