Не оставляющий следов: Исправление имен

Именно наставнику послали весть о прибытии шусинца с лошадьми, именно он ввел под крышу дома путника, сдержав данное мною в предгорьях обещание, именно здесь зародился коварный план нарушения праздничной церемонии, которую столица теперь обсуждает в деталях.

– Ну и зачем ты устроил этот балаган, наставник? – чай заваривали слуги, чувствуется чужая рука.

В зале для приема гостей пусто и тихо, за столиком сидим только мы с Учителем Доо и Амагелон. Шусинец не решается прикоснуться к тонкому фарфору, как не решается поднять взгляд на стоящую за моим креслом Аянгу.

Он с нами на равных, на правах гостя, она же демонстративно исполняет свой долг, подчеркивая подчиненное положение.

У каждого племени свои страхи и идолы. Ни роскошь столицы, ни высшая знать, ни даже сам император не поразили шусинца настолько, чтобы смирить провинциальную дерзость простолюдина. Во время допроса лишь потешался над охраной, не понимая истинного могущества тех, в чью жизнь ворвался непрошеным, и те не решались до распоряжения господ вбить в него почтительность кулаками.

Лишь моя телохранительница, увиденная им после освобождения, заставила сомкнуться хвастливые уста, вещающие о неприкосновенности. Сердце степи, все еще бьющееся в груди шусинских скотоводов, замерло от суеверного ужаса и восторга перед потомком Одона-боо. Статус столичных лоботрясов с семьи Иса немедленно был снят и подскочил на недосягаемую высоту – мы смогли заставить служить себе беловолосую колдунью! С тех самых пор он скромно молчал.

– Ты сам подумай, – Учитель Доо устал, даже лукавые огоньки потухли в глазах, – не слишком ли много особенных коней вдруг появляются в собственности Иса? Будете прятать подарки Текудера, таиться от всех? Не выйдет, сам знаешь. Лучше всего вещи, хранящие тайну, не прятать совсем.

– Кто узнает, есть ли тайна? Может быть, это кони из наших конюшен? Сам знаешь, у нас неплохие конюшни…

– И все их племенные линии Тулипало знают наперечет. Мы ведь как-то говорили с тобой, что потомки царей-воинов ничего не выпускают из загребущих рук, а ваше право владения давно им поперек горла.

Хотите битвы и на этих фронтах? Пусть лучше ломают голову над тем, какие отношения связывают тебя с Текудером.

– Кстати, где он? Почему оставил имущество мне?

– Ну не мне же его оставлять! Шинч, – дружески обратился он к Амагелону, – расскажи о возвращении Текудера.

Шусинец с облегчением поставил чашку на столик. Кажется, не сделал из нее и глотка.