Конец сказки

Яромир смотрел на это с усмешкой, жуя пожухлую соломину. Самсон, встряхнув плечами и подобрав меч, предложил размяться и ему.

- Воевода, тебе мало бока намяли, что ли? – лениво спросил Яромир.

- А ты борзоту-то поумерь, - прищурился Самсон. – Разбрехался тут, пес. Сначала сразимся, а там уж и увидим, кому бока намнут.

- Не, воевода, благодарствую, - отказался оборотень. – Я из детских забав-то уже вырос. Палками махать – это не по мне.

- Да ладно тебе, дружка, что худого-то? – укорил его Самсон. – Потешиться, кровь разогнать!

- И то, Яромир! – присоединился Иван.

– Коль с мечом не хочешь, давай поборемся, аль на кулачках!..

- А давай лучше я буду тебе вот эту самую палку кидать, а ты за ней бегать, да в зубах приносить? – предложил Яромир.

- А давай!.. – загорелись глаза младого княжича.

- Дружка, ты Ваньку-то не дразни, - укоризненно сказал Самсон. – Стыдно должно быть. Глумишься над ю... ношей.

- А он что, глумится?.. – растерялся Иван. – Это ты смеешься надо мной опять, Яромир?! А ты не очумел, над княжеским сыном потешаться?! А вот я сейчас как прикажу воеводе, да как кликну гридней, да как посадят тебя в острог, да на хлеб и воду!.

.

- Нишкни! – дал ему оплеуху Самсон. – Не заговаривайся, чадо-бестолочь! Самого сейчас на хлеб и воду посажу!

Иван обиженно запыхтел. Вот и всегда так. Не уважает его здесь никто. Не слушается. Никакого почтения к младшему Берендеичу, тоже потомку Рюриковичей.

Возможно, княжич таки ввязался бы с Яромиром либо Самсоном в драку, и на сей раз не шутейную, да помешал колокольный звон.

Мелодичный благовест оповещал о начале молебна в честь собственно как раз его, Ивана. На этакое дело он опаздывать никак не хотел, а потому бросил деревяшку, накинул кафтан и принялся обуваться.

Намотав онучи и натянув лапти, Иван тут же помянул черта, стянул лапти и принялся перематывать онучи заново. Княжич привык носить их с сапогами и каждый раз забывал подвязать оборами. А без обор-то онучи при лаптях сползают.

- Неподобна мне такая обувка! – капризно воскликнул он, завязав последний узелок.

– Что я за княжеский отпрыск, коли в лаптях разгуливаю, точно смерд?! Сегодня же схожу на торг, да новые сапожки присмотрю! И получше прежних!

- Смотри только, чтоб сызнова не объегорили, - хмыкнул Яромир, тоже неохотно суя ноги в сапоги. – А то хочешь, мои возьми. Хорошие.

- Не, это Глебушка тебе подарил, - отказался Иван. – Негоже подарки-то передаривать.

- Да мне-то они ни к чему.