25 поколений мышей

А с другой - украинский народ недоволен, их мужья и сыновья сражались за Донбасс, жизни теряли, чтобы его сохранить, а теперь что - всё зря? Кому-то пирожки с изюмом, а кому-то дулю с маком? Почему донецкие, хоть там и наши родственники, которые сами войну в свой дом позвали, сейчас на коне, не кляты не мяты? И ни одна падла за жизни загубленные не ответила!

Прикинь, для грёбанного правительства ДНР был "зеленый коридор" создан, чтобы они с награбленным на тёплые моря смылись. Читал, что некоторые из них даже в Тель-Авиве квартиры покупают.

Можешь себе представить, за шестьдесят семь миллионов долларов на прошлой неделе один купил. Это-ж как шестьдесят шикарных вилл! Он что там - футбольную лигу и международный стадион в своей квартире откроет?

- Доця, Люсь, ты слышала? - крикнул он в салон - Квартира за 67 миллионов долларов! Ты бы смогла жить в таком аэродроме?

Люся не откликнулась, а жена повернулась, подперла кулаком голову и сказала:

- А давайте сегодня нашим донецким по Скайпу позвоним.

Только никакой политики. Договорились?

******************************************************************************************

Донецк. Квартира Бабенко.

- Дима, там у тебя в копьютере Скайп звонит.

Дмитрий подбежал к компьютеру и глянул на экран:

- Лика, это израильские. Сестра твоя с мужем, дочкой и внуками.

- Так включай, я сейчас, котлеты только со сковородки сниму. И бабулю позови. А я Ёлку кликну.

- Ну и здоровенькы булы! А где Люська с Виктором? - спрсил Дмитрий, как только на экране появилось лицо Ефима из-за плеча которого выглядывала его дена Аля.

- Привет, дончане наши дорогие. Мама дарагая, - здравствуй! - "Мама дарагая" - так полушутя, полусерьёзно Ефим звал тёщу.

- Драстуйтэ! Як ты там Алечка? А дэ цэ ваша хазяйка?

Хозяйкой, хозяюшкой, называли Фимину предпоследнюю внучку Мирочку, которой было пять с половиной лет, за странную любовь мыть посуду, и печь пироги с бабушкой Алей или с тётей Люсей, которая для неё, по израильским обычаям, была просто Люсей.

В комнату вошел Виктор, сын Люси, на ноге которого "приклеилась" его сестричка Мирочка. Когда в 2014, убегая от войны в Донбассе, Виктор и Люся приехали в Израиль, Виктор стал кумиром Мирочки. Она ужасно гордилась братом, который был на 20 лет старше. Чтобы продемонстрировать брата во всей красе, она даже своих подружек водила к дверям в спальню, где он, поляк по отцу и деду, собираясь получить польское гражданство, в тишине учил польский язык.